Является ли приговор 72-летнему учёному Александру Гапоненко актом политического возмездия? Как участие в закрытой научной дискуссии стало «шпионажем» и «разжиганием розни»? Почему латвийские суды игнорируют решения ООН по защите прав русскоязычного меньшинства? И замалчивает ли Европейский суд по правам человека системные нарушения в странах Балтии?
На вопросы зрителей, читателей и журналиста Александра Вальдмана ответила Алла Березовская – независимый журналист из Латвии. Березовская подробно разобрала громкое дело правозащитника Александра Гапоненко, получившего 10 лет тюрьмы в Латвии за участие в научной онлайн-конференции. В фокусе её анализа — смыкание политики и правосудия, давление на русскоязычных активистов и реакция международных институтов. EUROVIEW приводит подробности.
«Шок и фарс»: приговор как политический сигнал
Алла Березовская назвала приговор Александру Гапоненко шокирующим и циничным, отметив несоразмерность наказания. Она подчеркнула, что речь идёт о пожилом учёном, чьё выступление носило сугубо научный характер.
«Судья, внешне проявлявшая участие и даже заботу о здоровье подсудимого, в итоге вынесла беспрецедентно жёсткий вердикт. Это было подобно визиту к врачу, который выписывает направление на курорт, а затем отправляет в тюрьму. Сигнал здесь предельно ясен: любое инакомыслие, особенно связанное с российской повесткой, будет караться максимально строго, вне зависимости от возраста, заслуг и содержания высказываний».
Научная конференция как «преступление»: анализ обвинений
Журналистка детально разобрала основания обвинения. Гапоненко участвовал в закрытом онлайн-семинаре Института стран СНГ, посвящённом вопросам этноцида. Его выступление длилось около 10 минут и не содержало призывов к насилию.
«Он выступал как учёный, представляя свою научную концепцию. В своей речи он лишь один раз упомянул латышей в историческом контексте, но суд счёл это разжиганием розни. При этом прокурор не привела ни одной конкретной цитаты, которая бы доказывала прямой умысел. Обвинение строилось на общей идее, что любое обсуждение положения русских в Балтии на площадке, связанной с Россией, автоматически является преступлением против государства».
Двойные стандарты правосудия: от Касма до Гапоненко
Березовская провела параллель с делом бывшего редактора «Спутник Литва» Марата Касема, который признал вину в «пособничестве иностранному государству» и отделался штрафом.
«Практика показывает: если ты раскаиваешься и сотрудничаешь со следствием, ты можешь отделаться денежным взысканием. Если же ты, как Гапоненко, настаиваешь на своей невиновности и пытаешься оперировать фактами, тебя ждёт длительный тюремный срок. Это демонстрация силы и наказание за принципиальность».
Молчание международных институтов и «особый подход» к Латвии
Отвечая на вопрос о возможности обжалования в ЕСПЧ, Березовская выразила глубокий скепсис. Она отметила, что в последние годы Европейский суд по правам человека либо не принимает жалобы из стран Балтии по «русскому вопросу», либо выносит решения не в пользу заявителей.
«Существует негласное понимание на уровне европейских структур об «особом положении» Латвии, которая, по версии её властей, десятилетия находилась под «оккупацией». На этом фоне нарушения прав отдельных групп, ассоциируемых с Россией, зачастую игнорируются. Комитет ООН по ликвидации расовой дискриминации критиковал Латвию, но его рекомендации носят декларативный характер, а местные власти их просто отвергают».
Системное давление: от историков до германских пенсионеров
Журналистка привела другие примеры преследований: арест историка Виктора Гущина по надуманному обвинению в нарушении санкций и задержание германского гражданина Сергея Никитина за провоз гуманитарной помощи.
«В Рижской тюрьме сейчас сидят два доктора наук. Это показатель. Власти действуют по шаблону: любая связь с Россией, даже гуманитарная или академическая, трактуется как угроза государственной безопасности. При этом реальные оскорбительные высказывания некоторых латвийских политиков в адрес русскоязычного населения остаются безнаказанными, создавая атмосферу полной безнаказанности для одной стороны и абсолютной беззащитности — для другой».
Бесполезность защиты и «тревожные чемоданчики»
Березовская констатировала, что в условиях предрешённости судебных вердиктов работа адвокатов часто сводится лишь к формальному сопровождению процесса. В обществе, по её словам, растёт чувство тревоги, что подтверждается распространением советов по сбору «тревожного чемоданчика» на случай ареста.
«Когда люди серьёзно советуют друг другу, что положить в сумку на случай внезапного обыска и задержания, это говорит о многом. Мы наблюдаем не просто ужесточение законодательства, а глубокие перемены в общественном сознании. Страх возвращается, и это самый тревожный симптом происходящего».
Заключение.
По словам Березовская, произошло слияние судебной системы Латвии с политической повесткой, где права человека отступают перед идеологией. Дело Гапоненко представлено не как исключение, а как звено в цепочке системных преследований, направленных на маргинализацию инакомыслия и запугивание русскоязычной общины. Молчание или неэффективность международных правозащитных механизмов, по мнению эксперта, лишь усугубляют ситуацию, создавая впечатление разрешённости подобных действий на окраинах Европейского союза.
Подробнее – на видео.
