«Колеблющаяся страна». Россия и Запад начали битву за Турцию

Тур­ция начи­на­ет играть все более актив­ную роль в гео­по­ли­ти­ке, пишет The National Interest. В то же вре­мя она ста­но­вит­ся очень важ­ным союз­ни­ком сра­зу для двух про­ти­во­бор­ству­ю­щих бло­ков — НАТО и сою­за Рос­сии, Китая и Ира­на.

Воен­ная спе­цо­пе­ра­ция Рос­сии на Укра­ине и анти­рос­сий­ские запад­ные санк­ции укре­пи­ли эко­но­ми­че­ские отно­ше­ния меж­ду Моск­вой и Тур­ци­ей. Рос­сия ста­ла веду­щим парт­не­ром Тур­ции по ее импор­ту, а турец­кий экс­порт в Рос­сию так­же вырос. В усло­ви­ях изо­ля­ции Рос­сии от Запа­да Тур­ция при­об­ре­та­ет все боль­шее зна­че­ние как поку­па­тель рос­сий­ско­го газа и реэкс­пор­тер евро­пей­ских това­ров на рос­сий­ский рынок. К рас­ту­ще­му бес­по­кой­ству запад­ных стран пре­зи­дент Рос­сии Вла­ди­мир Путин назвал энер­ге­ти­че­ские отно­ше­ния меж­ду дву­мя стра­на­ми «под­лин­но стра­те­ги­че­ски­ми».

Но их сотруд­ни­че­ство идет рука об руку с гео­по­ли­ти­че­ской кон­ку­рен­ци­ей в усло­ви­ях, когда все более уве­рен­ная в себе Тур­ция бро­са­ет вызов Рос­сии на Южном Кав­ка­зе и в Цен­траль­ной Азии — двух реги­о­нах, кото­рые Москва твер­до счи­та­ет частью сво­ей исклю­чи­тель­ной сфе­ры вли­я­ния, необ­хо­ди­мой для ее под­дер­жа­ния ста­ту­са вели­кой дер­жа­вы. Исполь­зуя Азер­бай­джан на Южном Кав­ка­зе в каче­стве ворот, Тур­ция рас­ши­ря­ет свое вли­я­ние на тюр­ко­языч­ные госу­дар­ства Цен­траль­ной Азии на восточ­ном бере­гу Кас­пий­ско­го моря. Таким обра­зом, тран­с­кас­пий­ская гео­по­ли­ти­че­ская ситу­а­ция раз­ви­ва­ет­ся под эги­дой тюрк­ско­го бло­ка сотруд­ни­че­ства, охва­ты­ва­ю­ще­го такие раз­но­об­раз­ные обла­сти, как без­опас­ность, тор­гов­ля и куль­ту­ра.

Ста­нов­ле­ние Тур­ции как аль­тер­на­ти­вы под­дер­жа­ния реги­о­наль­ной без­опас­но­сти

Нача­ло роста гео­по­ли­ти­че­ско­го вли­я­ния Тур­ции в широ­ком Кас­пий­ском реги­оне мож­но отне­сти к Нагор­но-Кара­бах­ской войне 2020 года меж­ду Арме­ни­ей и Азер­бай­джа­ном. Во вре­мя нее обшир­ная воен­ная под­держ­ка Анка­ры поз­во­ли­ла Азер­бай­джа­ну вер­нуть себе зна­чи­тель­ную часть тер­ри­то­рии, кото­рую непри­знан­ная Нагор­но-Кара­бах­ская Рес­пуб­ли­ка кон­тро­ли­ро­ва­ла с нача­ла 1990‑х годов. Хотя Рос­сия и высту­пи­ла посред­ни­ком в пре­кра­ще­нии огня и вве­ла миро­твор­цев в зону кон­флик­та, это не изме­ни­ло того фак­та, что вой­на закон­чи­лась побе­дой Азер­бай­джа­на, союз­ни­ка Тур­ции. Таким обра­зом, Тур­ция обес­пе­чи­ла себе воен­ное при­сут­ствие на Южном Кав­ка­зе.

Вооду­шев­лен­ные этим успе­хом, Тур­ция и Азер­бай­джан реши­ли закре­пить свой стра­те­ги­че­ский аль­янс в Шушин­ской декла­ра­ции 2021 года. Этот дого­вор со стра­ной-чле­ном НАТО, кото­рый вклю­ча­ет обя­за­тель­ства по вза­им­ной обо­роне, предо­став­ля­ет Азер­бай­джа­ну, как един­ствен­ной стране, рас­по­ло­жен­ной и на Южном Кав­ка­зе, и в Цен­траль­ной Азии, реаль­ную аль­тер­на­ти­ву Москве как гаран­тии без­опас­но­сти. В сен­тяб­ре 2023 года осме­лев­ший Азер­бай­джан достиг сво­ей цели, к кото­рой он стре­мил­ся три деся­ти­ле­тия — захва­тить пол­ный кон­троль над Нагор­ным Кара­ба­хом посред­ством воен­но­го напа­де­ния. Под бре­ме­нем СВО на Укра­ине Рос­сия объ­яви­ла о немед­лен­ном и пол­ном выво­де сво­их войск из Нагор­но­го Кара­ба­ха в апре­ле 2024 года.

Напо­ри­стость Тур­ции на Южном Кав­ка­зе не оста­лась неза­ме­чен­ной по дру­гую сто­ро­ну Кас­пия. Она про­де­мон­стри­ро­ва­ла тюрк­ским госу­дар­ствам Цен­траль­ной Азии, что сотруд­ни­че­ство с Анка­рой может при­не­сти реаль­ную поль­зу с точ­ки зре­ния без­опас­но­сти. Казах­стан и Узбе­ки­стан под­ня­ли свои дву­сто­рон­ние отно­ше­ния с Тур­ци­ей на уро­вень все­сто­рон­не­го стра­те­ги­че­ско­го парт­нер­ства, заклю­чив согла­ше­ния о раз­ви­тии воен­но­го сотруд­ни­че­ства в таких обла­стях, как обу­че­ние войск, сов­мест­ные воен­ные уче­ния и сбор раз­ве­ды­ва­тель­ной инфор­ма­ции. Более того, турец­кая обо­рон­ная про­мыш­лен­ность быст­ро заво­е­вы­ва­ет доми­ни­ру­ю­щие пози­ции на рас­ту­щем рын­ке бес­пи­лот­ни­ков в Цен­траль­ной Азии.

«Сре­дин­ный кори­дор»

Тюрк­ское сотруд­ни­че­ство так­же помо­га­ет акти­ви­зи­ро­вать Тран­с­кас­пий­ский транс­порт­ный марш­рут, более извест­ный как «Сре­дин­ный кори­дор» (Тран­с­кас­пий­ский меж­ду­на­род­ный транс­порт­ный марш­рут — меж­ду­на­род­ный транс­порт­ный кори­дор, кото­рый про­ле­га­ет через Китай, Казах­стан, аква­то­рию Кас­пий­ско­го моря, Азер­бай­джан, Гру­зию и далее в Тур­цию и стра­ны Евро­пы — прим. Ино­С­МИ), как аль­тер­на­тив­ный тор­го­вый путь меж­ду Евро­пой и Ази­ей в обход Рос­сии. «Сре­дин­ный кори­дор» — это сеть авто­мо­биль­ных, желез­ных дорог и мор­ских путей, кото­рые соеди­ня­ют Евро­пу и Азию через Цен­траль­ную Азию, Южный Кав­каз и Тур­цию. Для стран Южно­го Кав­ка­за и Цен­траль­ной Азии «Сре­дин­ный кори­дор» отра­жа­ет их виде­ние меж­кон­ти­нен­таль­ной тор­гов­ли меж­ду Кита­ем и Евро­пой, соеди­няя их с ини­ци­а­ти­вой ЕС «Гло­баль­ные воро­та», а так­же с китай­ским мега-про­ек­том «Один пояс — один путь». В Цен­траль­ную Азию глав­ны­ми воро­та­ми явля­ет­ся Казах­стан. Тем не менее, Китай пла­ни­ру­ет допол­ни­тель­ный южно-цен­траль­но­ази­ат­ский марш­рут путем стро­и­тель­ства желез­ной доро­ги Китай-Кыр­гыз­стан-Узбе­ки­стан, кото­рая, веро­ят­но, будет соеди­не­на со «Сре­дин­ным кори­до­ром».

С точ­ки зре­ния Анка­ры, на гори­зон­те мая­чит бес­пре­пят­ствен­ный тор­го­вый кори­дор из Стам­бу­ла в Цен­траль­ную Азию. Основ­ным транс­порт­ным кори­до­ром Южно­го Кав­ка­за пока оста­ет­ся желез­но­до­рож­ный марш­рут Баку-Тби­ли­си-Карс, кото­рый соеди­ня­ет Азер­бай­джан через Гру­зию с Тур­ци­ей и отту­да — с Евро­пой. Одна­ко про­пуск­ная спо­соб­ность это­го марш­ру­та недо­ста­точ­на для обслу­жи­ва­ния рас­ту­щих тран­с­кас­пий­ских тор­го­вых пото­ков. В этом кон­тек­сте Тур­ция, Азер­бай­джан и четы­ре тюрк­ские стра­ны в Цен­траль­ной Азии взя­ли на себя обя­за­тель­ство сов­мест­но про­дви­гать ини­ци­а­ти­ву исполь­зо­ва­ния спор­но­го Зан­ге­зур­ско­го кори­до­ра, пред­ла­га­е­мо­го транс­порт­но­го пути меж­ду запад­ны­ми частя­ми Азер­бай­джа­на через Арме­нию в азер­бай­джан­ский экс­клав Нахи­че­вань и далее в Тур­цию. Но этот кори­дор пред­по­ла­га­ет мир­ное уре­гу­ли­ро­ва­ние меж­ду Арме­ни­ей и Азер­бай­джа­ном. Воз­мож­ной, хотя и столь же непро­стой, аль­тер­на­ти­вой в обход Арме­нии мог бы стать кори­дор «Арас» через иран­скую про­вин­цию Восточ­ный Азер­бай­джан.

На фоне рас­ту­ще­го спро­са на нерос­сий­ские транс­порт­ные марш­ру­ты, в реги­оне была про­ве­де­на целая вол­на тран­с­кас­пий­ских меро­при­я­тий с целью повы­ше­ния эффек­тив­но­сти про­ек­та «Сре­дин­но­го кори­до­ра». Азер­бай­джан, Гру­зия, Казах­стан и Тур­ция согла­со­ва­ли дорож­ную кар­ту раз­ви­тия кори­до­ра до 2027 года. Они стре­мят­ся уве­ли­чить его про­пуск­ную спо­соб­ность до 10 мил­ли­о­нов тонн гру­зов с нынеш­ней мощ­но­сти при­мер­но в 2 мил­ли­о­на тонн. Что­бы это про­изо­шло, госу­дар­ствам, рас­по­ло­жен­ным вдоль «Сре­дин­но­го кори­до­ра», необ­хо­ди­мо устра­нить ряд огра­ни­че­ний, сни­жа­ю­щих при­вле­ка­тель­ность марш­ру­та, таких как обре­ме­ни­тель­ные тран­зит­ные и тор­го­вые про­це­ду­ры, узкие места на погра­нич­ных пунк­тах и в мор­ских пор­тах, а так­же недо­ста­точ­ная про­пуск­ная спо­соб­ность кон­тей­нер­но­го и мор­ско­го фло­та для обра­бот­ки боль­ших объ­е­мов гру­зов. Опре­де­лен­ный шаг в этом направ­ле­нии был сде­лан в кон­це янва­ря, когда офи­ци­аль­ные лица ЕС объ­яви­ли, что евро­пей­ские и меж­ду­на­род­ные инве­сто­ры обя­зу­ют­ся инве­сти­ро­вать 10 мил­ли­ар­дов евро в про­грам­му раз­ви­тия «Сре­дин­но­го кори­до­ра».

Пере­бои в тор­го­вом транс­пор­те и логи­сти­ке осо­бен­но про­бле­ма­тич­ны для энер­го­за­ви­си­мой эко­но­ми­ки Казах­ста­на. Око­ло 80% экс­пор­та казах­ской по пути на запад­ные рын­ки неф­ти про­хо­дит через тер­ри­то­рию Рос­сии. В 2022 году Рос­сия пре­рва­ла этот поток, что побу­ди­ло Казах­стан рас­ши­рить сотруд­ни­че­ство с Азер­бай­джа­ном для пере­на­прав­ле­ния поста­вок энер­го­но­си­те­лей в Евро­пу через Кас­пий­ское море. Турк­ме­ни­стан, обла­да­ю­щий огром­ны­ми запа­са­ми при­род­но­го газа, так­же акти­ви­зи­ро­вал пере­го­во­ры с Азер­бай­джа­ном, Тур­ци­ей и Евро­пей­ской комис­си­ей по стро­и­тель­ству дав­но пред­ло­жен­но­го Тран­с­кас­пий­ско­го тру­бо­про­во­да в Евро­пу — про­ек­та, кото­рый потре­бу­ет зна­чи­тель­ных инве­сти­ций. Для бога­тых ресур­са­ми стран Цен­траль­ной Азии гео­гра­фи­че­ское поло­же­ние Тур­ции дела­ет ее важ­ным газо­вым и неф­тя­ным хабом, а так­же клю­чом досту­па к запад­ным энер­ге­ти­че­ским рын­кам.

Един­ство тюрк­ско­го мира

Как и Рос­сия, Тур­ция про­дви­га­ет соб­ствен­ный мно­го­сто­рон­ний фор­мат — Орга­ни­за­цию тюрк­ских госу­дарств, — кото­рая пре­вра­ща­ет­ся из плат­фор­мы для диа­ло­га в орга­ни­за­цию, про­дви­га­ю­щую все­сто­рон­нее сотруд­ни­че­ство во всех аспек­тах жиз­ни. Госу­дар­ства-чле­ны ОТГ — Тур­ция, Азер­бай­джан, Казах­стан, Кыр­гыз­стан и Узбе­ки­стан — при­ня­ли амби­ци­оз­ную про­грам­му «Виде­ние тюрк­ско­го мира до 2040 года». Цель состо­ит в том, что­бы пре­вра­тить орга­ни­за­цию в тюр­ко­языч­ный экви­ва­лент ЕС, гаран­ти­руя сво­бод­ное пере­ме­ще­ние това­ров, капи­та­ла и услуг, тех­но­ло­гий и людей сре­ди госу­дарств-чле­нов. В ста­дии ста­нов­ле­ния нахо­дит­ся Тюрк­ский инве­сти­ци­он­ный банк, а посто­ян­но ней­траль­ный Турк­ме­ни­стан, обыч­но избе­га­ю­щий мно­го­сто­рон­них объ­еди­не­ний, при­со­еди­нил­ся к груп­пе в каче­стве наблю­да­те­ля.

Орга­ни­за­ция тюрк­ских госу­дарств преду­смат­ри­ва­ет раз­ви­тие мно­же­ства про­ек­тов, направ­лен­ных на содей­ствие тюрк­ской соли­дар­но­сти и един­ству. Меж­ду­на­род­ная орга­ни­за­ция тюрк­ской куль­ту­ры TURKSOY реа­ли­зу­ет сов­мест­ные куль­тур­ные и науч­ные ини­ци­а­ти­вы внут­ри госу­дарств, вхо­дя­щих в Тюрк­ский блок. Пре­зи­дент Тур­ции Реджеп Эрдо­ган пред­ло­жил создать общий тюрк­ский алфа­вит.

В конеч­ном сче­те, этот про­ект «мяг­кой силы» пред­став­ля­ет собой сопер­ни­ка мос­ков­ской идеи «Рус­ско­го мира», состо­я­ще­го из брат­ских наций, раз­де­ля­ю­щих рос­сий­ские цен­но­сти и нор­мы и свя­зан­ных друг с дру­гом сохра­ня­ю­щим­ся при­сут­стви­ем рус­ско­го язы­ка, а так­же общим совет­ским про­шлым. Одна­ко в Азер­бай­джане и госу­дар­ствах Цен­траль­ной Азии про­ис­хо­дят быст­рые соци­аль­ные и демо­гра­фи­че­ские изме­не­ния, кото­рые вли­я­ют на фор­ми­ро­ва­ние иден­тич­но­сти насе­ля­ю­щих их наро­дов. Более 70% насе­ле­ния Цен­траль­ной Азии моло­же соро­ка лет. Рос­сий­ская куль­ту­ра теря­ет свою неко­гда доми­ни­ру­ю­щую роль в реги­оне, посколь­ку на пер­вый план выхо­дит мно­го­чис­лен­ное пост­со­вет­ское поко­ле­ние, не име­ю­щее лич­но­го опы­та жиз­ни в Совет­ском Сою­зе.

Послед­ствия для Запа­да

Непред­ска­зу­е­мые послед­ствия воен­ной спе­цо­пе­ра­ции Рос­сии на Укра­ине не остав­ля­ют госу­дар­ствам Южно­го Кав­ка­за и Цен­траль­ной Азии дру­го­го выбо­ра, кро­ме как попы­тать­ся дивер­си­фи­ци­ро­вать свои внеш­не­по­ли­ти­че­ские свя­зи и искать аль­тер­на­тив­ные пути выхо­да на меж­ду­на­род­ные рын­ки. Тур­ция чут­ко реа­ги­ру­ет на рас­ту­щий спрос на аль­тер­на­тив­ное парт­нер­ство. Рас­ши­ряя свои пози­ции в обла­сти обо­ро­ны, энер­ге­ти­ки и куль­ту­ры, кото­рые все­гда были стерж­нем вли­я­ния Моск­вы, Тур­ция ста­но­вит­ся про­ти­во­ве­сом Рос­сии по ту сто­ро­ну Кас­пий­ско­го моря.

Что это озна­ча­ет для США и ЕС? Тур­ция явля­ет­ся клю­че­вым госу­дар­ством-союз­ни­ком, кото­рое долж­но быть на их сто­роне. Ее важ­ность уси­ли­ва­ет­ся тем, что Рос­сия объ­еди­ня­ет­ся с Кита­ем и Ира­ном, обра­зуя блок реви­зи­о­нист­ских госу­дарств, стре­мя­щих­ся нис­про­верг­нуть прин­ци­пы, пра­ви­ла и инсти­ту­ты меж­ду­на­род­ной систе­мы, сло­жив­шей­ся после холод­ной вой­ны. Судя по все­му, чле­ны этой груп­пы коор­ди­ни­ру­ют свои стра­те­гии. Если не про­ти­во­дей­ство­вать рас­ту­ще­му вли­я­нию это­го бло­ка, она может рас­ши­рить­ся от Тихо­го оке­а­на на восто­ке до Сре­ди­зем­но­мо­рья на запа­де, созда­вая при этом угро­зу для боль­шо­го чис­ла госу­дарств.

В нынеш­нюю эпо­ху гео­по­ли­ти­че­ско­го сопер­ни­че­ства Тур­цию, проч­но усто­яв­шу­ю­ся реги­о­наль­ную дер­жа­ву, мож­но оха­рак­те­ри­зо­вать как «колеб­лю­ще­е­ся госу­дар­ство» — имен­но так было ска­за­но в недав­ней ста­тье жур­на­ла «Foreign Аffairs». Хотя она и явля­ет­ся «союз­ни­ком» НАТО, идео­ло­ги­че­ски она не при­над­ле­жит ни Запа­ду, ни бло­ку Пекин-Москва-Теге­ран. Как и мно­гие дру­гие реги­о­наль­ные и сред­ние дер­жа­вы, Анка­ра актив­но под­стра­хо­вы­ва­ет­ся, под­дер­жи­вая эко­но­ми­че­ские, дипло­ма­ти­че­ские, воен­ные и тех­но­ло­ги­че­ские свя­зи с чле­на­ми обе­их груп­пи­ро­вок.

Одна­ко у Тур­ции есть своя повест­ка дня, кото­рая не пред­по­ла­га­ет под­чи­не­ния ни Рос­сии, ни Китаю. Поэто­му в инте­ре­сах Запа­да спо­соб­ство­вать пре­вра­ще­нию Тур­ции в некий про­ти­во­вес это­му бло­ку. Неотъ­ем­ле­мой частью такой поли­ти­ки долж­ны быть под­держ­ка и раз­ви­тие рас­ту­ще­го объ­еди­не­ния тюрк­ско­го мира и более тес­ная при­вяз­ка этой груп­пы госу­дарств, стра­те­ги­че­ски рас­по­ло­жен­ных к восто­ку и запа­ду от Кас­пий­ско­го моря, к архи­тек­ту­ре евро­пей­ской без­опас­но­сти. С этой целью запад­ные дер­жа­вы долж­ны так­же уси­лить под­держ­ку рас­ту­ще­го реги­о­наль­но­го сотруд­ни­че­ства в Цен­траль­ной Азии. Это уве­ли­чи­ло бы кол­лек­тив­ный вес цен­траль­но­ази­ат­ских госу­дарств и умень­ши­ло бы их уяз­ви­мость к мани­пу­ля­ци­ям со сто­ро­ны дру­гих акто­ров в реги­оне.

Подроб­нее читай­те в новом выпус­ке The National Interest.