США должны признать, что Россия останется ключевым столпом международного порядка на протяжении десятилетий, — поэтому с ней нужно выстраивать сбалансированные отношения. Только так можно предотвратить дальнейшее расширение России на Запад.
Сейчас, когда напряженность в отношениях США и Россией достигла пика со времен холодной войны, США должны снизить риск прямой военной конфронтации и стабилизировать глобальную безопасность. Для этого требуется нащупать равновесие между жестким сдерживанием и стратегической дипломатией, дабы превратить ожесточенное соперничество в состязательное сосуществование.
Отношения между США и Россией достигли низшей точки, невиданной со времен мрачнейших дней холодной войны. Президент России Владимир Путин убежден, что его страна ведет историческое противостояние с США, которое предопределит мировую политику на несколько поколений вперед. США же считают Россию непосредственной и непреходящей угрозой мировому порядку. Хотя время от времени случаются контакты на высоком уровне для предотвращения конкретных кризисов, постоянного и содержательного диалога между странами не ведется с начала российской спецоперации на Украине в феврале 2022 года. Риск прямой военной конфронтации между ведущими ядерными державами мира недопустимо высок.
Чтобы снизить этот риск и упрочить глобальную стабильность, администрации Трампа предстоит восстановить рабочие отношения с Россией. О какой бы то ни было “перезагрузке” речи не идет: страны останутся соперницами, как это было практически с тех самых пор, как США стали крупной мировой державой в самом конце девятнадцатого века. Скорее, задача сводится к тому, чтобы превратить сегодняшние отношения, опасные и враждебные, в состязательное сосуществование, при котором неизбежные геополитические и стратегические споры решаются ответственным образом.
Главный вопрос — конфликт между Россией и Украиной
Президент Трамп прав: урегулирование конфликта и обеспечение прочного мира — вопросы поистине неотложные. Однако вскоре он обнаружит, что эта задача вписана в более обширный контекст европейской безопасности. Перед тем как ввести войска, Путин ясно дал понять, что его цель — пересмотр сложившегося после холодной войны положения (как он считает, навязанного России в миг крайней слабости). В частности, расширение НАТО отбросило Россию на континентальные задворки, лишив ее буферной зоны в Восточной Европе, которую Москва считала определяющей не только для своей безопасности, но и для великодержавия.
Уже после начала спецоперации Путин осудил пустые разговоры в США о нанесении “стратегического поражения” России или “смене режима” — их он трактовал как намерение Вашингтона устранить Россию как великодержавную соперницу. При этом он желает вовлечь США в серьезный диалог по глобальным вопросам — отчасти потому, что даже напряженные переговоры с мировым гегемоном подтвердили бы статус России как мировой державы.
В этих обстоятельствах узконаправленная стратегия прекращения российско-украинского конфликта будет далека от цели. Для успеха Трампу понадобится более масштабный подход к России.
Сдерживание и дипломатия
В периоды острой враждебности дежурным вариантом российской политики в представлении американских политиков неизменно становилось сдерживание. Этот подход принес победу в холодной войне и сегодня представляется еще более привлекательным. Но нынешнее положение дел решительно отличается от тогдашней эпохи. Отношения США и России перестали быть главной осью глобальной конфронтации: ею стали отношения США и Китая. Незападные страны нарастили экономический вес и приобрели силу и бóльшую автономию в мировых делах. Соперничество США и России уже не сопряжено для них со столь же далеко идущими последствиями, как во времена холодной войны.
В этом мире жесткое сдерживание успехом не увенчается. Например, дипломатическая и торговая изоляция России невозможна, когда бóльшая часть Глобального Юга — в частности Китай, Индия, Бразилия и Южная Африка — не желают соблюдать западные ограничения. Попытки прикрыть лазейки в антироссийском законодательстве, особенно посредством вторичных санкций, лишь разжигают антиамериканские настроения в других частях света.
В лучшем случае сдерживание возможно лишь в Европе, чтобы предотвратить дальнейшее расширение России на Запад. На этом направлении решающей задачей станет усиление сдерживающей позиции Запада: укрепление протяженной границы между НАТО и Россией от Баренцева до Черного морей; расширение, модернизация и рационализация военно-промышленного сектора Европы; и, наконец, укрепление гражданских обществ против российской гибридной войны и приемов из так называемой “серой зоны”.
Кроме того, США необходимо продемонстрировать, что у них имеется не только жизнеспособная стратегия по защите Украины от российской агрессии, но и воля к ее реализации.
Однако не менее важное значение для разрядки вдоль границы будет иметь дипломатия. Это потребует мер контроля вооружений и укрепления доверия, схожих с теми, что применялись в годы холодной войны, только приспособленных к нынешним реалиям. США будут играть главную роль в этих усилиях как основной гарант безопасности Европы. Кроме того, это единственная страна, с которой путинская Россия, по собственному убеждению, может вести серьезные переговоры.
Успешная дипломатия непременно потребует сочетания сопротивления и уступок целям и интересам другой стороны. Именно такого подхода США должны придерживаться в отношениях с Россией. Целью не должно быть поражение или сдерживание России на мировой арене, хотя Вашингтон, несомненно, должен и впредь решительно противостоять российской политике, угрожающей его интересам.
Вообще же США должны признать, что Россия останется ключевым столпом международного порядка на протяжении десятилетий. Соответственно, целью должны стать сбалансированные отношения. Добиться этого можно посредством твердой защиты наших принципов и мудрых компромиссов и уступок для продвижения американских интересов или даже использования российской мощи и замыслов в американских интересах.
Повестка дня
Учитывая масштаб геополитического соперничества и важность обеих стран для решения неотложных мировых проблем, повестка дня должна быть обширной.
Учитывая резкую и настойчивую дипломатическую манеру России, для достижения прогресса потребуются мастерство, терпение, упорство и решимость. Поначалу далеко идущие ожидания неуместны, учитывая взаимное недоверие. Успех не должен измеряться количественно достигнутыми максималистскими целями. Скорее, задача заключается в том, чтобы накопить дополнительные преимущества с течением времени и смягчить ущерб от неизбежных неудач в стремлении к справедливому и стабильному мировому порядку в представлении США.
Расширяя раннюю мысль, очертим условную повестку дня.
Стратегическая стабильность
Обе страны объединяет неизменный интерес в предотвращении ядерной войны. Архитектура контроля ядерных вооружений, созданная в годы холодной войны преимущественно на основе двусторонних договоров между США и Россией, прекратит свое существование с истечением срока действия СНВ-III в феврале 2026 года. Хотя времени в обрез, а интереса к переговорам о его преемнике, судя по всему, также не наблюдается, обеим странам все же предстоит обсудить дальнейшее решение ядерного уравнения. Сочетание параллельных шагов с обеих сторон, неписаного кодекса поведения и двусторонних соглашений об отдельных элементах ядерных отношений (подлежащих проверке национальными техническими средствами) может оказаться оптимальным вариантом на данный момент.
Евразийская безопасность
И США, и Россия остро заинтересованы в будущей экосистеме безопасности Евразии: Россия — из-за долгой истории вторжений великих евразийских держав, США — потому что лишь господство враждебной державы над наиболее развитыми регионами суперконтинента может представлять серьезную угрозу их собственной безопасности. Задача будет заключаться в том, чтобы разработать некий набор договоренностей о содействии миру, стабильности и безопасности в отдельных субрегионах — Европе, на Ближнем Востоке, в Северо-Восточной Азии и в Арктике — которые в дальнейшем можно будет объединить во всеобъемлющую экосистему безопасности суперконтинента.
Европа-Украина
Российская спецоперация на Украине нанесла смертельный удар по европейской безопасности как плоду совместных усилий России и Запада. Непосредственная задача — разработать структуру будущей европейской безопасности, которая снизит риск конфликта вдоль рубежа НАТО-Россия и очертит пределы не представляющего угрозы вмешательства во внутренние дела друг друга (исходя из предпосылки, что во взаимосвязанном мире вмешательство в том или ином виде неизбежно). Эта структура также установит алгоритм шагов, необходимых для урегулирования российско-украинского конфликта.
Санкции
Русские будут настаивать на обсуждении антироссийских санкций США. Вопреки регулярному бахвальству, что Москва якобы успешно обошла и стала лишь еще сильнее, реальность такова, что они привели к экономическим перекосам и создали препоны долгосрочному росту. В принципе, США должны снимать отдельные группы санкций лишь в обмен на конкретные шаги со стороны России, которые способствуют стратегическим или геополитическим целям Вашингтона.
Избавиться от иллюзий будет нетрудно: мало кто строит смелые планы в условиях столь укоренившейся враждебности. Куда сложнее будет дать отпор критикам, которые усомнятся в самих попытках восстановить отношения с Россией — после столь жестоких действий с ее стороны за последние годы. Предстоит неуклонно разъяснять, каким именно национальным интересам служит такой курс.
Автор: Томас Грэм — заслуженный научный сотрудник Совета по международным отношениям, бывший старший директор по России в аппарате Совета национальной безопасности при администрации Джорджа Буша-младшего
