Какой будет внешняя политика США после выборов?

Авто­ры ста­тьи для The National Interest попы­та­лись разо­брать­ся, какой будет внеш­няя поли­ти­ка США после выбо­ров. Экс­пер­ты про­ана­ли­зи­ро­ва­ли четы­ре стра­те­гии, кото­рые может при­ме­нить сле­ду­ю­щий пре­зи­дент. По их мне­нию, ска­зать точ­но, что будет делать Трамп, нель­зя, а Хар­рис ока­жет­ся лишь про­дол­жа­те­лем дела Бай­де­на.

Пер­вые пре­зи­дент­ские деба­ты меж­ду Джо Бай­де­ном и Дональ­дом Трам­пом при­ве­ли к медий­ной исте­ри­ке из-за пла­чев­но­го выступ­ле­ния дей­ству­ю­ще­го пре­зи­ден­та, кото­рая про­дол­жи­лась на съез­де Рес­пуб­ли­кан­ской пар­тии и в ито­ге выве­ла Бай­де­на из борь­бы. Редак­ция «Нью-Йорк таймс» и дру­гие ува­жа­е­мые изда­ния при под­держ­ке веду­щих демо­кра­ти­че­ских спон­со­ров и поли­ти­ков (вплоть до лиде­ров Сена­та и Пала­ты пред­ста­ви­те­лей) при­зва­ли Бай­де­на снять­ся с гон­ки за Белый дом. В каком-то смыс­ле понят­но, отче­го СМИ с их про­фес­си­о­наль­ной одер­жи­мо­стью инфор­ма­ци­ей, и демо­кра­ты из Пала­ты пред­ста­ви­те­лей и Сена­та, обес­по­ко­ен­ные пер­спек­ти­ва­ми соб­ствен­но­го пере­из­бра­ния, поспе­ши­ли про­воз­гла­сить выступ­ле­ние Бай­де­на ката­стро­фой. С дру­гой сто­ро­ны, что каса­ет­ся самой сути поли­ти­ки, то, в отли­чие от выступ­ле­ния на сцене, эти деба­ты ста­ли лишь кро­шеч­ным эпи­зо­дом на дол­гом пути, кото­рый потре­бу­ет еще несколь­ких меся­цев пред­вы­бор­ной аги­та­ции и пред­вы­бор­ной борь­бы меж­ду быв­шим пре­зи­ден­том Дональ­дом Трам­пом и вице-пре­зи­ден­том Кама­лой Хар­рис.

Осо­бую роль в этом вопро­се игра­ют пози­ции кан­ди­да­тов и пар­тий по внеш­ней поли­ти­ке и воен­ной стра­те­гии США. Под воз­дей­стви­ем объ­ек­тив­ной реаль­но­сти эйфо­рия аме­ри­кан­ско­го три­ум­фа­тор­ства и либе­раль­но-демо­кра­ти­че­ской гор­ды­ни после окон­ча­ния холод­ной вой­ны схо­дит на нет и усту­па­ет место кар­тине более слож­ной и менее одно­знач­ной. Воз­вра­ще­ние войн и дру­гих кон­флик­тов меж­ду круп­ны­ми дер­жа­ва­ми — осо­бен­но на фоне рас­ту­щих воз­мож­но­стей и устрем­ле­ний Китая и Рос­сии — созда­ет неко­то­рую неопре­де­лен­ность вокруг поли­ти­че­ских целей и воен­ной готов­но­сти США в Евро­пе и Азии. Кро­ме того, оче­вид­ны бес­пре­це­дент­ные вызо­вы в виде пере­ме­ны кли­ма­та и пан­де­мий; попыт­ки сверг­нуть дол­лар как основ­ную валю­ту для меж­ду­на­род­ных рас­че­тов; мас­со­вая мигра­ция бес­пре­це­дент­ных мас­шта­бов; и новые тех­но­ло­гии в обла­сти кибер­вой­ны, искус­ствен­но­го интел­лек­та и воен­но­го осво­е­ния кос­мо­са — все это может послу­жить раз­дра­жи­те­ля­ми для воен­но­го пла­ни­ро­ва­ния и чре­ва­то вол­ной деста­би­ли­за­ции поли­ти­че­ских режи­мов. То, что сего­дняш­ние поли­ти­ки и их воен­ные совет­ни­ки при­вык­ли вос­при­ни­мать как дан­ность, зав­тра может ока­зать­ся лишь смут­ной догад­кой.

Поэто­му, выби­рая из сопер­ни­ков по пре­зи­дент­ской гон­ке, мы долж­ны пони­мать их взгля­ды на меж­ду­на­род­ную сре­ду со всей при­су­щей ей поли­ти­че­ской слож­но­стью и воен­ной неопре­де­лен­но­стью. Ни одна стра­на в мире не рас­по­ла­га­ет неогра­ни­чен­ны­ми ресур­са­ми, и даже США, столк­нув­шись с сово­куп­ным госу­дар­ствен­ным дол­гом свы­ше 35 трил­ли­о­нов дол­ла­ров, не могут про­дол­жать без­удерж­ные тра­ты на при­о­ри­те­ты внут­рен­ней и внеш­ней поли­ти­ки. Како­ва же пред­по­чти­тель­ная гео­по­ли­ти­че­ская ори­ен­та­ция или наци­о­наль­ная стра­те­гия Аме­ри­ки в буду­щем? Во-вто­рых, какие воен­ные обя­за­тель­ства из это­го выте­ка­ют? И в‑третьих, каки­ми рас­че­та­ми долж­на под­креп­лять­ся готов­ность сдер­жи­вать вой­ны — а, при необ­хо­ди­мо­сти, наобо­рот, вести их?

Гово­ря упро­щен­но, у США есть сле­ду­ю­щие вари­ан­ты наци­о­наль­ной стра­те­гии: (1) “Год­зил­ла Рекс” или, как ее еще ино­гда назы­ва­ют, “либе­раль­ная геге­мо­ния”; (2) “баланс замор­ских инте­ре­сов”; (3) неогра­ни­чен­ная гло­ба­ли­за­ция; и (4) изби­ра­тель­ное вза­и­мо­дей­ствие и рас­ши­ре­ние. Изо­ля­ци­о­низм как вари­ант исклю­ча­ет­ся, посколь­ку в сего­дняш­нем мире слож­ной вза­и­мо­за­ви­си­мо­сти и пере­на­сы­щен­но­сти СМИ он апри­о­ри невоз­мо­жен, даже если неко­то­рые сочтут его весь­ма жела­тель­ным.

Вари­ант “Год­зил­ла Рекс” был пози­ци­ей США по умол­ча­нию в 1990‑х годах после окон­ча­ния холод­ной вой­ны и рас­па­да Совет­ско­го Сою­за. Опти­ми­сты пред­ви­де­ли “конец исто­рии” и веко­веч­ный три­умф либе­раль­ной демо­кра­тии. В пост­со­вет­ском мире США ока­за­лись един­ствен­ной миро­вой сверх­дер­жа­вой, лишив­шей­ся серьез­ных воен­ных сопер­ни­ков. Одна­ко пре­зи­дент Клин­тон сни­зил вни­ма­ние к наци­о­наль­ной без­опас­но­сти и обо­роне, вклю­чая раз­вед­ку, и это вышло нам боком после тер­ак­тов 11 сен­тяб­ря. Одна­ко в 2001 году США все же вторг­лись в Афга­ни­стан, что­бы сверг­нуть “Тали­бан” (запре­щен­ная в Рос­сии тер­ро­ри­сти­че­ская орга­ни­за­ция. – Прим. Ино­С­МИ), а в 2003 году низ­ло­жи­ли Сад­да­ма Хусей­на в Ира­ке. Была объ­яв­ле­на гло­баль­ная вой­на с тер­ро­риз­мом, и оба кон­флик­та пре­вра­ти­лись в “веч­ные вой­ны”, кото­рые затя­ну­лись до вто­ро­го деся­ти­ле­тия ново­го века.

“Баланс замор­ских инте­ре­сов” счи­та­ет­ся аль­тер­на­тив­ной наци­о­наль­ной стра­те­ги­ей, и ее при­дер­жи­ва­ют­ся неко­то­рые уче­ные и вид­ные поли­ти­че­ские ана­ли­ти­ки. По этой док­трине США долж­ны огра­ни­чить круп­но­мас­штаб­ное воен­ное вме­ша­тель­ство реа­ги­ро­ва­ни­ем на угро­зы враж­деб­ных дер­жав и их попыт­ки обес­пе­чить себе гос­под­ство в клю­че­вых реги­о­нах в ущерб жиз­нен­но важ­ным инте­ре­сам Аме­ри­ки и союз­ни­ков. В спи­сок реги­о­наль­ных сопер­ни­ков непре­мен­но вошли бы: воз­рож­да­ю­ща­я­ся Рос­сия в Евро­пе, креп­ну­щий Китай в Азии и мень­шие, но по-преж­не­му опас­ные под­рыв­ные эле­мен­ты в Азии (Север­ная Корея) или на Ближ­нем Восто­ке (Иран). При таком под­хо­де США будут пола­гать­ся на реги­о­наль­ных союз­ни­ков и стре­мить­ся к тому, что­бы те по воз­мож­но­сти взя­ли лидер­ство на себя. В про­тив­ном слу­чае США будут дей­ство­вать так, как если бы их соб­ствен­ные жиз­нен­но важ­ные инте­ре­сы ока­за­лись под угро­зой.

Тре­тья наци­о­наль­ная стра­те­гия, кото­рой при­дер­жи­ва­ют­ся мно­гие поли­ти­ки пост­мо­дер­нист­ско­го направ­ле­ния и миро­вое сооб­ще­ство акти­ви­стов, ста­вит транс­на­ци­о­наль­ные про­бле­мы выше наци­о­наль­ных про­ти­во­ре­чий и рату­ет за то, что­бы поста­вить во гла­ву угла госу­дар­ствен­ных поли­ти­че­ских про­грамм такие вопро­сы как пере­ме­на кли­ма­та, бед­ность, мигра­ция, урба­ни­за­ция, пан­де­мии и разору­же­ние. С этой точ­ки зре­ния, сопер­ни­че­ство вели­ких дер­жав и вой­ны за геге­мо­нию — не более чем пере­жит­ки “сверх­на­ци­о­на­лиз­ма” и чрез­мер­но­го вли­я­ния воен­ных на поли­ти­ку. Ресур­сы, что преж­де тра­ти­лись на обо­ро­ну и вой­ны, долж­ны быть бро­ше­ны на меж­ду­на­род­ное науч­ное сотруд­ни­че­ство и под­дер­жа­ние мира под эги­дой ООН или дру­гих меж­ду­на­род­ных орга­нов.

Нако­нец, чет­вер­тая наци­о­наль­ная стра­те­гия — это изби­ра­тель­ное вза­и­мо­дей­ствие и рас­ши­ре­ние. Это­го под­хо­да при­дер­жи­ва­лись неко­то­рые пред­ста­ви­те­ли адми­ни­стра­ции Бил­ла Клин­то­на. Он направ­лен на дости­же­ние эко­но­ми­че­ско­го роста посред­ством меж­ду­на­род­но­го сотруд­ни­че­ства и инве­сти­ций. Хотя в 1990‑х годах сре­ди демо­кра­тов и рес­пуб­ли­кан­цев быто­вал кон­сен­сус по пово­ду того, что сво­бод­ная тор­гов­ля ста­нет тем самым при­ли­вом, кото­рый сни­мет с мели все лод­ки, в ито­ге ста­ло ясно, что пря­мая выго­да одних госу­дарств попро­сту несо­по­ста­ви­ма с дру­ги­ми. В свя­зи с голо­дом в Сома­ли была пред­при­ня­та воен­ная интер­вен­ция, что­бы обуз­дать поле­вых коман­ди­ров, одна­ко она кон­чи­лась эпи­зо­дом, уве­ко­ве­чен­ном в филь­ме “Чер­ный яст­реб”, и выво­дом аме­ри­кан­ских войск из это­го несо­сто­яв­ше­го­ся госу­дар­ства. В дру­гой части све­та США и НАТО вме­ша­лись, что­бы вос­ста­но­вить поря­док в Бос­нии в 1995 году, а в 1999 году раз­вя­за­ли вой­ну про­тив Сер­бии, что­бы предот­вра­тить этни­че­ские чист­ки и меж­кон­фес­си­о­наль­ные рас­при в Евро­пе. Натов­ские бом­бар­ди­ров­ки Сер­бии в 1999 году разо­зли­ли рос­сий­ское пра­ви­тель­ство и в осталь­ном дру­же­ствен­но­го США пре­зи­ден­та Бори­са Ель­ци­на, зало­жив поч­ву для даль­ней­ших воз­ра­же­ний про­тив рас­ши­ре­ния аль­ян­са со сто­ро­ны его пре­ем­ни­ка Вла­ди­ми­ра Пути­на.

Сре­ди этих кон­ку­ри­ру­ю­щих наци­о­наль­ных стра­те­гий внеш­няя и воен­ная поли­ти­ка адми­ни­стра­ции Бай­де­на вобра­ла в себя отдель­ные эле­мен­ты из пер­вых трех вари­ан­тов. Адми­ни­стра­ция Хар­рис навер­ня­ка их упро­чит. Ширя­щи­е­ся воен­ные бюд­же­ты и мощ­ная воен­ная под­держ­ка, кото­рую США и НАТО ока­зы­ва­ют Укра­ине, гово­рят о том, что вари­ант “Год­зил­ла Рекс” оста­ет­ся пред­по­чти­тель­ным как сре­ди демо­кра­тов, так и сре­ди мно­гих рес­пуб­ли­кан­цев. Под­держ­ка Изра­и­ля на Ближ­нем Восто­ке пред­став­ля­ет собой про­ти­во­сто­я­ние инте­ре­сам опас­ных реги­о­наль­ных сопер­ни­ков (в част­но­сти, Ира­на и его мари­о­не­ток). Кро­ме того, она отра­жа­ет исто­ри­че­ские обя­за­тель­ства Аме­ри­ки по защи­те изра­иль­ско­го суве­ре­ни­те­та от реги­о­наль­ных вра­гов.

Но так назы­ва­е­мые “про­грес­си­сты” из адми­ни­стра­ции Бай­де­на, вклю­чая выше­опи­сан­ных гло­ба­ли­стов, воз­ра­жа­ли про­тив воен­ной так­ти­ки Изра­и­ля в войне в Газе про­тив ХАМАС. Что же каса­ет­ся Китая, то поли­ти­ка Бай­де­на раз­де­ли­лась меж­ду пер­вым и вто­рым вари­ан­том: акцен­ти­ро­вать вни­ма­ние на укреп­ле­нии обо­ро­но­спо­соб­но­сти США и боль­шей готов­но­сти к попыт­ке воен­но­го захва­та Тай­ва­ня со сто­ро­ны Китая или рас­смат­ри­вать Пекин ско­рее как эко­но­ми­че­ско­го и инфор­ма­ци­он­но­го кон­ку­рен­та, чем непо­сред­ствен­ную воен­ную угро­зу, хотя ширя­щи­е­ся воз­мож­но­сти Китая в кибер­войне и в кос­мо­се, по обще­му при­зна­нию, вызы­ва­ют серьез­ную оза­бо­чен­ность. Тем не менее, дру­гие видят в подъ­еме Китая науч­но-тех­ни­че­ский вызов, кото­рый не дол­жен вылить­ся в гон­ку воору­же­ний или, тем более, в вой­ну — и, таким обра­зом, скло­ня­ют­ся к тре­тье­му вари­ан­ту.

Какой выбор сде­ла­ла бы вто­рая адми­ни­стра­ция Трам­па — или, быть может, пред­по­чла бы нечто иное? На дан­ный момент это неоче­вид­но, пото­му что Трамп при раз­ре­ше­нии меж­ду­на­род­ных спо­ров во мно­гом опи­ра­ет­ся на лич­ное обще­ние с дру­ги­ми гла­ва­ми госу­дарств. Скла­ды­ва­ет­ся впе­чат­ле­ние, что неко­то­рые из его ком­мен­та­ри­ев тяго­те­ют к пер­во­му вари­ан­ту, “Год­зил­ла Рекс”. Тем не менее, он так­же при­дер­жи­ва­ет­ся высо­ко­го мне­ния о сво­ем уме­нии скло­нять враж­деб­ных лиде­ров к более выгод­ным для США отно­ше­ни­ям с помо­щью встреч в вер­хах и изби­ра­тель­но­го вза­и­мо­дей­ствия. Трамп обе­ща­ет бороть­ся с неле­галь­ной мигра­ци­ей и тор­го­вы­ми сдел­ка­ми, невы­год­ны­ми для аме­ри­кан­ских про­из­во­ди­те­лей.

В этом отно­ше­нии он соче­та­ет в себе наци­о­на­лизм ста­ро­го образ­ца с агрес­сив­ным “гло­ба­лиз­мом наобо­рот”. Он ста­вит себе в заслу­гу, что его адми­ни­стра­ция удер­жа­ла США от уча­стия в круп­ных вой­нах, хотя лич­но одоб­рил изби­ра­тель­ные уда­ры по тер­ро­ри­стам и режи­мам-изго­ям. На пуб­лич­ных меро­при­я­ти­ях в этом году он обе­щал, что в слу­чае побе­ды в нояб­ре 2024 года поло­жит конец кон­флик­ту на Укра­ине, не дожи­да­ясь ина­у­гу­ра­ции в янва­ре 2025 года. Пока неиз­вест­но, согла­сят­ся ли с таким гра­фи­ком пре­зи­дент Укра­и­ны Зелен­ский и его рос­сий­ский кол­ле­га Вла­ди­мир Путин. Кро­ме того, в ходе его про­шло­го пре­бы­ва­ния в Белом доме неко­то­рые кон­гресс­ме­ны и ана­ли­ти­ки опа­са­лись, что Трамп может нажать на “крас­ную кноп­ку”, если воз­ник­нет ядер­ный кри­зис фор­ма­та холод­ной вой­ны. Дру­гие при этом воз­ра­жа­ли, что сам про­цесс при­ня­тия реше­ний в США надеж­но защи­щен от поры­ви­сто­го и вспыль­чи­во­го пре­зи­ден­та.

Подроб­нее читай­те в новом выпус­ке The National Interest.