РУССКУЮ ДУШУ НОГАМИ ПИНАЯ
ПОМНИ НАЦИСТ ПРО 9 МАЯ
ИНИЦИАТИВА СГБ
Не знаю, как кто, а СГБ конечно же помнит, и усиленно мониторит в этот день социальные сети, в поисках серпов, молотов, красного знамени и георгиевской ленточки.
В силу ограниченности ресурсов СГБ делится своими открытиями с полицией, а уже та по указанию старших товарищей возбуждает дела по административным правонарушениям.
В 2024 году государственная полиция зарегистрировала 66 преступлений, связанных с оправданием войны, разжиганием национальной и социальной ненависти: в т.ч. 47 преступлений, когда лица оправдывали геноцид, преступления против человечности, преступления против мира и военные преступления. Также было зарегистрировано 16 преступлений, связанных с разжиганием национальной, этнической и расовой ненависти. Сколько таких случаев зафиксировано именно в социальных сетях, не сообщается.
Судя по имеющимся в моем распоряжении 12 жалобам львиная доля этих «ужасных» проступков и есть в понимании полиции размещение в социальной сети поздравления с победой над нацизмом.
Пользователю социальной сети приходит вначале сообщение о возбуждении против него дела, потом в ряде случаев и повестка с предложением явиться лично и дать объяснение, и наконец, решение о штрафе, из известных мне случаев в диапазоне от 30 до 300 евро, в меру полицейской злобности. В некоторых посланиях полиция прямо сообщает пострадавшему, что возбудила дело по инициативе СГБ.
ОБЖАЛОВАНИЕ
Пострадавшие ищут защиту у партий, позиционирующих себя, как русские, в том числе находят и тех членов РСЛ, которые активно контактируют с населением.
Я принадлежал к этой когорте открытых для общества партийцев более тридцати лет, а теперь в силу почтенного возраста стараюсь от общения всячески дистанцироваться и берусь только за те дела, которые поступают ко мне через посредников. Тем не менее, среди тех 12 «нарушителей», которые таки достучались до меня, есть жители Риги, Лиепаи, Юрмалы, Даугавпилса, Елгавы и Лудзы. Вот с ними то я и работал, последовательно сочиняя от их имени пояснения и жалобы, вначале полицейскому начальнику, а потом и в суды двух инстанций.
По некоторым делам контакты с пострадавшими прервались еще до выяснения окончательного решения, в двух случаях дела были прекращены по составленным мною жалобам в полицию, в одном пострадавший сдался после того, как по составленному мною иску в суд штраф был уменьшен с 300 до 50 евро, в трех случаях суды еще продолжаются в первой или второй инстанции.
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
Полиция, выполняя указания старших товарищей, предъявляет за «неправильные» картинки в социальных сетях статьи 13 или 13/1 закона об административных штрафах за нарушения в области управления, общественного порядка и использования официального языка.
Статья 13 Использование символов тоталитарных режимов в публичных местах.
За использование в публичном месте флагов, идентифицирующей принадлежность к вооруженным силам и карательным органам одежды (формы) или ее элементов, позволяющих неопровержимо идентифицировать принадлежность к оным, гербов и гимнов бывшего СССР, бывших советских республик и нацистской Германии, нацистской свастики, знаков СС и советских символов – серпа и молота с пятиконечной звездой, за исключением случаев, когда цель их использования не связана с прославлением тоталитарных режимов или оправданием [их] преступных деяний или их используют для образовательных, научных или художественных целей – к физическим лицам применяется предупреждение или штраф до 350 евро.
Статья 13/1 Использование в публичном месте символов, прославляющих военную агрессию и военные преступления.
За использование в публичном месте символов, прославляющих военную агрессию и военные преступления, за исключением случаев, когда целью использования не было их прославление или оправдание – к физическим лицам применяется предупреждение или штраф до 350 евро.
ПУБЛИЧНОЕ МЕСТО
В обеих статьях речь идет о запретах демонстрировать в публичном месте некую символику: строго определенную для статьи 13. и оставляемую на усмотрение полиции для статьи 13/1. Тот же закон об административных штрафах (часть первая статьи 2) дает определение того, что в статьях 13 и 13/1 следует понимать под «публичным местом»: в понимании настоящего закона общественным местом является любое место, которое, независимо от его фактического использования или формы собственности, служит общим потребностям и интересам общества и которое бесплатно или за плату доступно любому физическому лицу, не являющемуся его собственником, владельцем арендатором, оплачиваемым работником или другим лицом, присутствие которого в этом месте связано с выполнением его/ее трудовых обязанностей.
Формулировка, конечно же витиеватая, но представляется ясным, что это не интернет. В моих многочисленных писаниях во все инстанции приведена и история возникновения статей 13 и 13/1 по стенограммам соответствующих заседаний юридической комиссии Сейма, в которой и я когда-то успел прослужить четыре года.
Запреты символов, перечисленных в статье 13, появились впервые, и существуют уже лет двадцать, в законе о митингах. При изменении системы рассмотрения административных правонарушений в 2018 году депутатам пришло в голову, что на митинге стоять с советским знаменем нельзя, а в любом переулке – можно. Так и появился запрет использовать символы в «любом публичном месте», включая этот злополучный переулок или подъезд вашего родного многоквартирного дома. Сплошной просмотр соответствующих стенограмм показывает, что ни один депутат в ходе длительных дискуссий ни разу не произнес слова «интернет», поэтому применение этих норм к анализу содержимого социальных сетей – это отнюдь не следование закону, а исключительно полицейское изобретение.
Противная сторона в ходе дискуссии по аргументам жалоб как правило ссылается на две дискуссии в министерстве юстиции 2010 и 2014 года, где констатировано, что существующее законодательство уже предусматривает ответственность за нарушения в интернете. Как бы то ни было, закон, принятый в 2018 году, к действовавшему на момент этих дискуссий законодательству точно не относится, а депутаты решили так, как решили, и вовсе не так, как еще через 7 лет вздумала интерпретировать их действия полиция.
Оппоненты в наших спорах тратят много времени на доказательства того, что интернет является публичным местом. Хотя в данном случае нужно доказывать совсем другое, причем явно недоказуемое, – что в соответствующей формулировке закона об административных правонарушениях под публичным местом подразумевается также и интернет.
Применение к интернету того, что к нему заведомо не применимо, приводит к различным парадоксам.
Так, одного моего подзащитного оштрафовали за поздравление, размещенное 9 мая 2022 года, которое бдительные пинкертоны раскопали под накопившимся толстым слоем других сообщений. Вообще то срок давности для административных правонарушений – один год. Так вот же оно, висит и оправдывает преступление тоталитарного режима, заявил в ответ полицейский начальник.
Другую даму попытались привлечь за фото трех парней с георгиевскими ленточками на груди. Мы доказывали, что парни эти стояли на мемориале в Хорватии, а закон предусматривает ответственность за нарушения на территории Латвии.
К тому же георгиевская ленточка, упомянутая, как черная метка в законе о митингах, в законе об административных нарушениях не упомянута вообще – ни в тексте закона, ни в стенограммах выступлений депутатов.
Этот выстрел дуплетом сразил полицейского начальника, и он распорядился дело закрыть.
(продолжение надеюсь разместить завтра)
