Жалоба в суд – штучный товар

На «EUROVIEW» опуб­ли­ко­ва­на новая запись Вла­ди­ми­ра Буза­е­ва, сопред­се­да­те­ля Лат­вий­ско­го коми­те­та по пра­вам чело­ве­ка:

ДЕНЬ ПРОГРАММИСТА

Жало­ба в суд – штуч­ный товар. Но когда речь идет о мас­со­вом нару­ше­нии прав чело­ве­ка, что в Лат­вии встре­ча­ет­ся сплошь и рядом, при­хо­дит­ся исполь­зо­вать пере­не­сен­ные «в пре­крас­ный новый мир» навы­ки совет­ско­го про­блем­но­го про­грам­ми­ста.

Напри­мер, фор­му­ляр жало­бы в ЕСПЧ состо­ит из 13 стан­дарт­ных стра­ниц, вклю­ча­ю­щих бло­ки све­де­ний о пода­те­ле, опи­са­нии ситу­а­ции о кон­крет­ной семье, дока­за­тельств нару­ше­ния Кон­вен­ции, све­де­ний об исчер­па­нии внут­рен­них средств пра­во­вой защи­ты. Когда ска­зать нуж­но мно­го, а места мало, необ­хо­ди­мо все теле­граф­ным сти­лем изло­жить в фор­му­ля­ре, а к нему при­со­ба­чить еще мак­си­мум 20 стра­ниц тек­ста, где подроб­нее изло­жить то же самое. Сама напи­сан­ная кро­вью аргу­мен­та­ция хотя и стан­дарт­ная, но тоже состо­ит из несколь­ких раз­лич­ных бло­ков – дошколь­ни­ки, млад­ше­класс­ни­ки, стар­шая основ­ная и сред­няя госу­дар­ствен­ная шко­ла, + част­ная и спе­ци­аль­ная шко­ла для всех пере­чис­лен­ных кате­го­рий.
Осо­бую голов­ную боль вызы­ва­ют слу­чаи, когда в семье несколь­ко детей. попав­ших в раз­ные воз­раст­ные груп­пы. Ну и конеч­но же нуж­но уло­жит­ся в 6‑ти месяч­ный срок с момен­та нача­ла нару­ше­ния (как пра­ви­ло отсчи­ты­ва­ет­ся от 1 сен­тяб­ря) или исчер­па­ния внут­рен­них средств пра­во­вой защи­ты (от послед­не­го реше­ния кон­сти­ту­ци­он­но­го суда).
У меня для каж­дой новой вол­ны жалоб в ком­пью­те­ре заво­ди­лась дирек­то­рия «Сбо­роч­ный цех», где по зара­нее напи­сан­ным алго­рит­мам и сши­ва­лись из заго­тов­лен­ных кус­ков все те 300 бла­го­по­луч­но заре­ги­стри­ро­ван­ных в ЕСПЧ, про­шед­ших фильтр еди­но­лич­но­го судьи (где обыч­но отсе­и­ва­ет­ся 90% обра­ще­ний) и (частич­но) удо­сто­ен­ных ком­му­ни­ка­ции с пра­ви­тель­ством исков. Это – мина замед­лен­но­го дей­ствия и под нынеш­нюю рефор­му, гото­вая на «радость» Каринь­шу и Муйж­ни­е­це взо­рвать­ся в любой момент.

Так что навы­ки про­блем­но­го (не путать с систем­ным!) про­грам­ми­ста, полу­чен­ные еще в кон­це 60‑х в вычис­ли­тель­ном цен­тре ЛГУ, при­го­ди­лись и в нача­ле 20‑х уже сле­ду­ю­ще­го века. Писал я тогда кур­со­вую по рас­че­ту при­во­да к так пока и не изоб­ре­тен­ной тер­мо­ядер­ной элек­тро­стан­ции. При про­ек­ти­ру­е­мых нешу­точ­ных тем­пе­ра­ту­рах сопро­тив­ле­ние метал­ла было суще­ствен­но нели­ней­ным и спа­са­ли толь­ко чис­лен­ные мето­ды. Науч­ный руко­во­ди­тель вру­чил мне тал­муд о 800‑х стра­ни­цах в зло­ве­ще чер­ном пере­пле­те, ткнул в его сере­ди­ну, зага­доч­но при­го­ва­ри­вая, что тут подой­дет четы­рех-шаго­вый метод Рун­ге Кут­та, и пустил в сво­бод­ное пла­ва­ние. Кон­троль точ­но­сти с удво­е­ни­ем шага и при­стре­лоч­ный метод согла­со­ва­ния на том кон­це при­во­да мне при­шлось при­ду­мы­вать уже само­сто­я­тель­но.
Зато в моем рас­по­ря­же­нии (пре­иму­ще­ствен­но ночью) было тогдаш­нее чудо тех­ни­ки – Булль Дже­не­рал Элек­трик, суще­ствен­но пре­вос­хо­дя­щий по пара­мет­рам име­ю­щи­е­ся в том же ВЦ оте­че­ствен­ные БЭСМ 4, не гово­ря уж о ста­руш­ке БЭСМ 2. Хотя, те же носи­те­ли на пер­фо­кар­тах и маг­нит­ных лен­тах, зато язык про­грам­ми­ро­ва­ния уже ФОРТРАН.
Коло­да пер­фо­карт с про­грам­мой угро­жа­ю­ще пух­ла и я, под­дав­шись пес­си­миз­му, назвал ее JOB GROB. Пол­ные сочув­ствия латыш­ские кол­ле­ги, пока я дре­мал, ожи­дая отлад­ки, даже напи­са­ли на коло­де стро­ки из Рай­ни­са: Zārks jau tukšā nevar palikt!

Впо­след­ствии, рас­пре­де­лен­ный из-за неуспеш­но­сти осво­е­ния тер­мо­яда в гео­ло­ги­че­ский НИИ, я исполь­зо­вал ту же свою про­грам­му для рас­че­та исте­че­ния жид­ко­сти из ство­ла в сква­жи­ну, что ста­ло осно­вой док­тор­ской дис­сер­та­ции мое­го шефа. Свою же кан­ди­дат­скую я защи­тил пре­иму­ще­ствен­но на ана­ли­ти­че­ских фор­му­лах, решив ради­аль­ную задач­ку с зоной захва­та солей в под­зем­ных водах, извле­ка­е­мых из систе­мы сло­и­стых водо­нос­ных пла­стов.
Не брез­го­вал и чис­лен­ны­ми мето­да­ми, решая уже пре­иму­ще­ствен­но ква­зи-дву­мер­ные ана­ло­гич­ные задач­ки.
Из того, что вопло­ти­лось на прак­ти­ке, точ­но при­пи­сы­ваю себе вклад в Дау­гав­пилс­ский водо­за­бор в Мали­нов­ке и охран­ную зону вокруг водо­за­бо­ра Балт­э­зерс, кото­рая ныне увы непро­пор­ци­о­наль­но застро­е­на част­ны­ми особ­ня­ка­ми.
Когда уже в латыш­ское вре­мя к нам при­е­ха­ли нести свет циви­ли­за­ции спе­ци­а­ли­сты из Кали­фор­нии, вру­чив нам свою рос­кош­ную (без пре­уве­ли­че­ния) про­грам­му MODFLOW, но без обо­лоч­ки, что­бы мы все же что-то запла­ти­ли, я сумел взло­мать это аме­ри­кан­ское чудо. Оно зара­бо­та­ло под управ­ле­ни­ем моей соб­ствен­ной обо­лоч­ки, кото­рой толь­ко и не хва­та­ло нор­маль­но­го про­цес­со­ра без огра­ни­че­ний опе­ра­тив­ной памя­ти в 64 К. Так появи­лась модель всех под­зем­ных вод Лат­вии. обо­шед­ша­я­ся лат­вий­ско­му бюд­же­ту раз в 100 дешев­ле ана­ло­гич­ной по охва­ты­ва­е­мой пло­ща­ди наци­о­наль­ной дат­ской моде­ли.

От рабо­ты меня с тру­дом ото­рва­ли раз­гне­ван­ные това­ри­щи по пар­тии, кото­рую я тогда воз­глав­лял, да еще и был лиде­ром нашей части коа­ли­ци­он­но­го пред­вы­бор­но­го спис­ка ЗАПЧЕЛ. Была сере­ди­на сен­тяб­ря 2002 года, оста­ток меся­ца я про­вел в пред­вы­бор­ных палат­ках, и сра­зу же попал в Сейм. Поте­ря насто­я­щей рабо­ты была без­ра­дост­на, но пере­си­ли­ло оче­вид­ное чув­ство, что нуж­но защи­щать­ся.
Пой­ди пере­строй­ка по китай­ско­му вари­ан­ту, в Риге было бы за мил­ли­он жите­лей, езди­ли бы на мет­ро на свои заво­ды, успеш­но кон­ку­ри­ру­ю­щие с США и сосед­ней ЕС, и были бы в избыт­ке снаб­же­ны каче­ствен­ной под­зем­ной водой.

Ну и как раз 13 сен­тяб­ря, в меж­ду­на­род­ный день про­грам­ми­ста, три года испол­ни­лось моей уже пятой по сче­ту внуч­ке. На диво актив­ный ребе­нок, не испы­ты­ва­ю­щий про­блем в заво­е­ва­нии места под солн­цем в сво­ей мно­го­дет­ной семье. Навер­ня­ка про­грам­мист­кой ста­нет. Хва­тит юри­стов и мене­дже­ров пло­дить.

Эта запись так­же опуб­ли­ко­ва­на в Facebook авто­ра.