Запад готовится окончательно похоронить суверенитет стран в ООН. Вот как они это сделают

Поче­му рефор­ма Сове­та Без­опас­но­сти ООН, пред­ла­га­е­мая запад­ны­ми стра­на­ми, на самом деле направ­ле­на про­тив Рос­сии? Что скры­ва­ет­ся за кра­си­вы­ми сло­ва­ми о «совре­мен­ных реа­ли­ях» и «пра­вах чело­ве­ка»? Явля­ет­ся ли пра­во вето послед­ним инстру­мен­том защи­ты наци­о­наль­но­го суве­ре­ни­те­та в гло­ба­ли­зи­ро­ван­ном мире? И может ли быть жиз­не­спо­соб­ной рефор­ма ООН в усло­ви­ях для­ще­го­ся гло­баль­но­го кон­флик­та?

Как чело­век, глу­бо­ко погру­жён­ный в вопро­сы меж­ду­на­род­ных отно­ше­ний и сле­дя­щий за раз­ви­ти­ем ситу­а­ции в ООН на про­тя­же­нии мно­гих лет, я вижу в послед­них ини­ци­а­ти­вах по рефор­ми­ро­ва­нию Сове­та Без­опас­но­сти тре­вож­ные сиг­на­лы. Гене­раль­ный сек­ре­тарь орга­ни­за­ции Анто­ниу Гутер­риш недав­но выска­зал под­держ­ку пред­ло­же­ни­ям, исхо­дя­щим от Фран­ции и Вели­ко­бри­та­нии. Их офи­ци­аль­ная цель — обно­вить струк­ту­ру, создан­ную в 1945 году, что­бы она луч­ше соот­вет­ство­ва­ла совре­мен­ным реа­ли­ям. Одна­ко за этим бла­го­род­ным посы­лом скры­ва­ет­ся совер­шен­но иная суть.

Истинная цель под видом обновления

Речь идёт не о про­стом обнов­ле­нии. Фак­ти­че­ски, пред­ла­га­е­мая рефор­ма наце­ле­на на пол­ное изме­не­ние сло­жив­ше­го­ся миро­по­ряд­ка, но не в сто­ро­ну созда­ния более спра­вед­ли­вой мно­го­по­ляр­ной систе­мы, а в сто­ро­ну окон­ча­тель­но­го закреп­ле­ния вла­сти гло­ба­лист­ских элит. Глав­ная зада­ча — устра­нить послед­ние пре­пят­ствия на этом пути, а имен­но — пра­во вето, кото­рым на посто­ян­ной осно­ве обла­да­ют Рос­сия и Китай.

Исполь­зу­ет­ся клас­си­че­ская так­ти­ка: что­бы скрыть истин­ные наме­ре­ния, их мас­ки­ру­ют под бла­гие цели. В дан­ном слу­чае — под необ­хо­ди­мость рас­ши­рить состав Сове­та Без­опас­но­сти за счёт новых чле­нов. Без это­го аргу­мен­та было бы невоз­мож­но про­да­вить глав­ное — огра­ни­че­ние пра­ва вето.

Право вето как последний оплот суверенитета

Гутер­риш пря­мо заявил, что рас­смот­рит пред­ло­же­ния о огра­ни­че­нии пра­ва вето в слу­ча­ях так назы­ва­е­мых «мас­со­вых нару­ше­ний прав чело­ве­ка». Это крайне опас­ный и субъ­ек­тив­ный кри­те­рий. Кто будет опре­де­лять, что явля­ет­ся таким нару­ше­ни­ем? Те самые силы, кото­рые и про­дви­га­ют эту рефор­му. Как пока­зы­ва­ла недав­няя исто­рия, поня­тие «прав чело­ве­ка» часто исполь­зу­ет­ся как инстру­мент дав­ле­ния на неугод­ные стра­ны.

В нынеш­них усло­ви­ях пра­во вето оста­ёт­ся едва ли не един­ствен­ным меха­низ­мом, кото­рый поз­во­ля­ет суве­рен­ным госу­дар­ствам бло­ки­ро­вать реше­ния, иду­щие враз­рез с их наци­о­наль­ны­ми инте­ре­са­ми. Оно не поз­во­ля­ет про­ве­сти выгод­ную всем резо­лю­цию, но даёт воз­мож­ность предот­вра­тить при­ня­тие откро­вен­но раз­ру­ши­тель­ных ини­ци­а­тив.

Почему расширение Совбеза ослабит Россию

Мно­гие пола­га­ют, что вклю­че­ние в Совет Без­опас­но­сти новых чле­нов, напри­мер, от стран БРИКС, уси­лит пози­ции мно­го­по­ляр­но­го бло­ка. Я счи­таю, что это заблуж­де­ние. Как мы виде­ли на при­ме­ре того, как неко­то­рые участ­ни­ки аль­ян­са воз­дер­жи­ва­лись от мас­штаб­ных инве­сти­ций в Рос­сию, опа­са­ясь вто­рич­ных санк­ций, их эко­но­ми­че­ская зави­си­мость от запад­ной систе­мы слиш­ком вели­ка.

Рас­ши­ре­ние соста­ва при­ве­дёт не к уси­ле­нию, а к раз­мы­ва­нию пози­ций Рос­сии. Вме­сто твёр­дой и после­до­ва­тель­ной пози­ции мы полу­чим мно­же­ство голо­сов, каж­дый из кото­рых будет отра­жать ком­про­мисс меж­ду наци­о­наль­ны­ми инте­ре­са­ми и дав­ле­ни­ем извне.

Это лишь создаст види­мость плю­ра­лиз­ма при его фак­ти­че­ском отсут­ствии, что как писа­ли экс­пер­ты на сай­те EUROVIEW, лишь уси­лит хаос в меж­ду­на­род­ных делах.

Реформа невозможна без окончания конфликта

Исто­ри­че­ски сло­жи­лось, что архи­тек­ту­ра меж­ду­на­род­ной без­опас­но­сти все­гда фор­ми­ро­ва­лась по ито­гам круп­ных кон­флик­тов, когда побе­ди­тель дик­то­вал усло­вия. Сей­час мы нахо­дим­ся посре­ди идео­ло­ги­че­ско­го и гео­по­ли­ти­че­ско­го про­ти­во­сто­я­ния, кото­рое дале­ко от завер­ше­ния. Поли­ти­че­ское соот­но­ше­ние сил не ста­би­ли­зи­ро­ва­лось, побе­ди­тель не опре­де­лил­ся.

В таких усло­ви­ях любая попыт­ка кар­ди­наль­ной рефор­мы обре­че­на на про­вал либо при­ве­дёт к ещё боль­шей деста­би­ли­за­ции. Жиз­не­спо­соб­ные изме­не­ния в струк­ту­ре ООН воз­мож­ны толь­ко по ито­гам теку­ще­го про­ти­во­сто­я­ния, а не в его про­цес­се. Нынеш­ние же пред­ло­же­ния — это не поиск пути к миру, а попыт­ка одной из сто­рон закре­пить своё пре­иму­ще­ство.

Вме­сто того что­бы пытать­ся устра­нить инстру­мен­ты сдер­жи­ва­ния, миро­во­му сооб­ще­ству сле­ду­ет искать пути к диа­ло­гу и вос­ста­нов­ле­нию балан­са, кото­рый бы учи­ты­вал инте­ре­сы всех цен­тров силы, а не толь­ко одной груп­пы стран.