На «EUROVIEW» опубликована новая запись Владимира Бузаева, сопредседателя Латвийского комитета по правам человека:
Вынесенный в заголовок тезис я осознал ровно четверть века тому назад. Я тогда понял, что дальнейшие попытки совместить полноценную научную работу с разрушительной правозащитной и политической деятельностью сокрушат не столько наше расистское государство, сколько мое бренное тело. Доращивать двух тогда еще несовершеннолетних дочек будет просто некому.
И поэтому я решил на общественной ниве ничего не менять, а просто приспособить тело к запредельным нагрузкам.
Я начал пешком ходить на работу и с – пять километров в один конец. Рыхлое тело восприняло мои неуверенные попытки пробежать по лесу первые 30 метров с большим неодобрением. Через год после сопутствующим пробежкам отжиманий я оказался на операционном столе. Пока лежал на больничной койке и учился ходить заново, с удовлетворением наблюдал, как многочисленные тогда русские газеты одна за другой публикуют написанные мною, тогда негражданином, предвыборные статьи от имени кандидатов той партии, в которой я был заместителем Татьяны Аркадьевны по организации массовых акций.
Массовые акции очень хорошо планировались мною лежа на спине посреди Линчика, ставшего целью моих пробежек. Одна из таких акций, летом 1999 года, когда я со товарищами две ночи пролежал на асфальте возле президентского дворца, стоила мне серьезных болей в спине. Тогда уже устоявшийся к тому времени комплекс упражнений у озера в первый и последний раз пополнился еще одним, на гибкость позвоночника. Единственное именное упражнение ‑имени Вары-Вике Фрейберги, вернувшей тогда ‑таки новый закон о языке обратно в Сейм.
Года через три я уже передвигался бегом, как пешком, то есть неограниченно долго, хотя больше сорока километров ни разу не пробовал. А к моменту, когда стал председателем партии, чувствовал себя как боевая машина пехоты, если эта железка способна на теплые чувства.
Любимое упражнение по избиению ни в чем неповинной сосны ногами пригодилось мне 9 мая 2003 года. Тогда еще не юный тележурналист Ушаков, а я отвечал за все, что происходило у памятника Освободителям, в том числе и за действия сильно поддатого и весьма массивного мужика, пытавшегося стащить с трибуны ветерана. Попытки вербального воздействия закончились ударом по физиономии, после которого я до сих пор испытываю проблемы с произношением. Но после моей ответки ногой в грудь у него, как в известном кино, выпала на асфальт бутылка, да и пара ребер наверняка треснула.
Возраст увы никто не отменял. Поэтому сейчас я преодолеваю ежеутреннюю пятикилометровую дистанцию до Линчика и обратно уже не бегом, а пешком. Но интенсивная силовая разминка на берегу и заплывы с мая по сентябрь включительно весьма плодотворно влияют на движение юридической мысли.
Так что имеющиеся в работе 11 исков против членов партии РСЛ за их «неспортивное» поведение в период сноса памятников и облатышивания образования, переносятся сравнительно легко. Первый из них уже выигран.
На фото – Линчик в июне
Эта запись также опубликована в Facebook автора.
