Россия поставила под угрозу американскую стратегию в Европе и напугала США

В США счи­та­ют, что Рос­сия спо­соб­на изме­нить баланс сил в Евро­пе в свою поль­зу, и это вызы­ва­ет опа­се­ния в Вашинг­тоне, пишет The National Interest. Помощь Укра­ине для Аме­ри­ки – это стра­те­ги­че­ский маневр, при­зван­ный поме­шать появ­ле­нию новой доми­ни­ру­ю­щей силы в реги­оне.

Внеш­няя поли­ти­ка Китая и Рос­сии фор­ми­ру­ет­ся под вли­я­ни­ем глу­бо­ко­го исто­ри­че­ско­го кон­тек­ста.

Укра­и­на издав­на явля­лась мостом меж­ду Восточ­ной и Запад­ной Евро­пой, и поэто­му она неод­но­крат­но ока­зы­ва­лась в западне гео­по­ли­ти­че­ской борь­бы. Вхож­де­ние Кры­ма в состав Рос­сии в 2014 году несет в себе отго­лос­ки холод­ной вой­ны, когда были уста­нов­ле­ны чет­кие сфе­ры вли­я­ния, а на любое откло­не­ние сто­ро­ны отве­ча­ли при­ме­не­ни­ем силы или угро­зой ее при­ме­не­ния. У тех, кто доста­точ­но стар или инте­ре­су­ет­ся исто­ри­ей, нынеш­ний кон­фликт про­буж­да­ет вос­по­ми­на­ния о Кариб­ском кри­зи­се, Бер­лин­ской стене и рас­па­де Юго­сла­вии, мрач­но напо­ми­ная о хруп­ком рав­но­ве­сии в Евро­пе, кото­рое часто ока­зы­ва­ет­ся на гра­ни сры­ва.

Сего­дняш­няя под­держ­ка Укра­и­ны Вашинг­то­ном – это не про­сто про­яв­ле­ние доб­ро­го рас­по­ло­же­ния. Это стра­те­ги­че­ский маневр в изощ­рен­ной гео­по­ли­ти­че­ской игре. После Вто­рой миро­вой вой­ны Соеди­нен­ные Шта­ты все­ми сила­ми ста­ра­лись не допу­стить гос­под­ства в Евро­пе какой-то одной дер­жа­вы. План Мар­шал­ла, созда­ние НАТО, интер­вен­ции на Бал­ка­нах в 1990‑х годах – все это наце­ле­но было на сохра­не­ние уста­но­вив­ше­го­ся рав­но­ве­сия. Зна­чи­тель­ное вли­я­ние Рос­сии в Восточ­ной Евро­пе нару­ша­ет такое рав­но­ве­сие и дает Москве суще­ствен­ное вли­я­ние на евро­пей­ские энер­ге­ти­че­ские кори­до­ры и тор­го­вые пути. Это вызы­ва­ет обес­по­ко­ен­ность в Вашинг­тоне, кото­рый вся­че­ски ста­ра­ет­ся сохра­нить баланс сил на евро­пей­ском кон­ти­нен­те.

НАТО не участ­ву­ет напря­мую в этом кон­флик­те, одна­ко актив­но под­дер­жи­ва­ет Укра­и­ну. При этом аль­янс под­чер­ки­ва­ет клю­че­вой прин­цип: напа­де­ние на одно­го чле­на явля­ет­ся напа­де­ни­ем на всех. Хотя Укра­и­на не вхо­дит в состав НАТО, эго­и­сти­че­ский инте­рес аль­ян­са к это­му реги­о­ну оче­ви­ден. Уси­ли­ва­ю­ща­я­ся Рос­сия, укреп­ля­ю­щая пози­ции за счет рас­ши­ре­ния сво­ей тер­ри­то­рии и углуб­ля­ю­щая парт­нер­ство с Кита­ем, созда­ет реаль­ную угро­зу восточ­но­му флан­гу НАТО (с точ­ки зре­ния Севе­ро­ат­лан­ти­че­ско­го аль­ян­са), застав­ляя вспо­ми­нать агрес­сии совет­ской эпо­хи. Рань­ше Укра­и­на про­яв­ля­ла двой­ствен­ность, но сей­час она через боль осо­зна­ла эту гео­по­ли­ти­че­скую ситу­а­цию. Она не толь­ко пода­ла заяв­ку на вступ­ле­ние в НАТО, но и внес­ла поправ­ки в кон­сти­ту­цию, откры­то закре­пив в ней свою обще­на­ци­о­наль­ную цель: член­ство в НАТО и в Евро­со­ю­зе.

Но дей­ствия Рос­сии обу­слов­ле­ны не толь­ко экс­пан­си­о­нист­ски­ми устрем­ле­ни­я­ми. Исто­ри­че­ские собы­тия, такие как наше­ствия Напо­лео­на и Гит­ле­ра на Восточ­ную Евро­пу, уко­ре­ни­ли в стра­те­ги­че­ском миро­воз­зре­нии Рос­сии глу­бо­кое чув­ство уяз­ви­мо­сти и неза­щи­щен­но­сти. Для Моск­вы сохра­не­ние ней­траль­но­го или союз­ни­че­ско­го ста­ту­са Укра­и­ны – это не толь­ко стра­те­ги­че­ская, но и исто­ри­че­ская необ­хо­ди­мость. С точ­ки зре­ния Крем­ля, если Укра­и­ну невоз­мож­но вклю­чить в систе­му рос­сий­ской без­опас­но­сти мето­да­ми дипло­ма­тии, то это надо сде­лать силой.

Про­ве­дем исто­ри­че­ские парал­ле­ли и рас­смот­рим сосе­да Рос­сии – Китай, кото­рый пере­жил «сто­ле­тие уни­же­ния». Будучи аме­ри­кан­цем бри­тан­ско-китай­ско­го про­ис­хож­де­ния, я пони­маю, насколь­ко силь­но этот неспо­кой­ный пери­од повли­ял на китай­скую пси­хо­ло­гию. Про­слав­лен­ная китай­ская импе­рия почти два тыся­че­ле­тия обла­да­ла одной из веду­щих в мире эко­но­мик. Но из-за дей­ствий запад­но­го и япон­ско­го импе­ри­а­лиз­ма там начал­ся упа­док и рас­пад. Вско­ре Китай погру­зил­ся в пучи­ну граж­дан­ской вой­ны. Это была жесто­кая исто­ри­че­ская трав­ма, кото­рую хоро­шо пом­нит китай­ское руко­вод­ство. Она очень силь­но вли­я­ет на совре­мен­ную внеш­нюю поли­ти­ку стра­ны и нагляд­но про­яв­ля­ет­ся в агрес­сив­ных дей­ствия Пеки­на в Южно-Китай­ском море и в его пози­ции по Тай­ва­ню.

Исто­рия Рос­сии точ­но так же изоби­лу­ет при­ме­ра­ми втор­же­ний раз­лич­ных заво­е­ва­те­лей. Начи­ная с мон­го­ло-татар­ско­го ига и закан­чи­вая вой­на­ми с Напо­лео­ном и Гит­ле­ром, Рос­сия часто ока­зы­ва­лась в очень слож­ном поло­же­нии, и это сфор­ми­ро­ва­ло у нее неиз­быв­ное чув­ство уяз­ви­мо­сти. Как и ее сосед Китай, она про­де­ла­ла длин­ный путь. Если в дав­ние вре­ме­на это была выда­ю­ща­я­ся интел­лек­ту­аль­ная, воен­ная и куль­тур­ная дер­жа­ва, то теперь ее счи­та­ют кор­рум­пи­ро­ван­ной стра­ной, рис­ку­ю­щей пре­вра­тить­ся в несо­сто­я­тель­ное госу­дар­ство. Такой исто­ри­че­ский фон вли­я­ет на сего­дняш­ние гео­по­ли­ти­че­ские реше­ния рос­сий­ско­го руко­вод­ства. Это и при­со­еди­не­ние Кры­ма, и насто­ро­жен­ность в отно­ше­нии рас­ши­ре­ния НАТО. Точ­но так же, как исто­ри­че­ские трав­мы вли­я­ют на совре­мен­ную поли­ти­ку Китая, про­шлое Рос­сии напол­ня­ет ее стрем­ле­ни­ем к созда­нию защит­ных буфер­ных зон и сфер вли­я­ния, так как она счи­та­ет, что на ее поро­ге посто­ян­но при­сут­ству­ет опас­ность.

Что­бы пре­одо­леть все слож­но­сти и хит­ро­спле­те­ния кон­флик­та, надо при­знать эти тес­но пере­пле­тен­ные чело­ве­че­ские и куль­тур­ные идеи и сте­рео­ти­пы. Уче­ным, поли­ти­кам и зако­но­да­те­лям лег­ко рас­суж­дать, поль­зу­ясь выучен­ной в уни­вер­си­те­те науч­ной тео­ри­ей меж­ду­на­род­ных отно­ше­ний, и ниче­го, кро­ме это­го, не при­зна­вая. Но рус­ские, как и все про­чие циви­ли­за­ции, нахо­дят­ся под вли­я­ни­ем надежд, меч­та­ний, бес­по­койств и тре­вог. Они так­же руко­вод­ству­ют­ся мощ­ным чув­ством наци­о­наль­но­го само­со­зна­ния, кор­ни кото­ро­го кро­ют­ся в слож­ной исто­рии стра­ны. Рос­сий­ское руко­вод­ство точ­но так же нахо­дит­ся под вли­я­ни­ем этих исто­ри­че­ских хит­ро­спле­те­ний. Коро­че гово­ря, это тоже люди, поступ­ки кото­рых обу­слов­ле­ны свое­ко­рыст­ны­ми инте­ре­са­ми и чув­ством неза­щи­щен­но­сти.

Праг­ма­тич­ная поли­ти­ка вашинг­тон­ско­го образ­ца тоже име­ет место. Но, что­бы уре­гу­ли­ро­вать укра­ин­ский кон­фликт, тре­бу­ет­ся нечто боль­шее, чем чрез­мер­но опла­чи­ва­е­мое за счет средств нало­го­пла­тель­щи­ков бахваль­ство на самом высо­ком уровне в Вашинг­тоне, Брюс­се­ле и Москве. Нуж­но при­знать общую исто­рию и устрем­ле­ния, кото­рые века­ми свя­зы­ва­ют стра­ны. Эффек­тив­ная дипло­ма­тия долж­на выхо­дить за рам­ки обыч­ных стра­те­ги­че­ских рас­че­тов, долж­на учи­ты­вать общую исто­рию и чело­ве­че­ские свя­зи, кото­рые скре­пи­ли судь­бы Рос­сии и Укра­и­ны.

Укра­ин­ский кон­фликт нель­зя назвать бес­пре­це­дент­ным. Он может закон­чить­ся дво­я­ко. Если руко­вод­ство пове­дет себя ответ­ствен­но, то есть, если оно осо­зна­ет и учтет реа­лии исто­рии и куль­ту­ры, кон­фликт может быть уре­гу­ли­ро­ван соче­та­ни­ем дипло­ма­тии, меж­ду­на­род­но­го дав­ле­ния и меня­ю­щей­ся гео­по­ли­ти­че­ской ситу­а­ции. Мы можем добить­ся пре­кра­ще­ния огня, и кон­фликт со вре­ме­нем пре­кра­тит­ся. Если нет, послед­ствия будут кош­мар­ны­ми для всех. Некон­тро­ли­ру­е­мая эска­ла­ция вверг­нет реги­он в про­дол­жи­тель­ный пери­од неста­биль­но­сти. В нее будут вовле­че­ны круп­ные дер­жа­вы, а это может при­ве­сти к более мас­штаб­но­му кон­флик­ту. Если этот кон­фликт не будет раз­ре­шен, это при­даст сме­ло­сти госу­дар­ствам с экс­пан­си­о­нист­ски­ми замыс­ла­ми и создаст опас­ный пре­це­дент. В таких усло­ви­ях при­зрак новой холод­ной вой­ны с ее опо­сре­до­ван­ны­ми сра­же­ни­я­ми и гон­кой воору­же­ний быст­ро пре­вра­тит­ся в мрач­ную дей­стви­тель­ность.

Подроб­нее читай­те в новом выпус­ке The National Interest.