Что такое «политический Запад» и чем он отличается от географического понятия? Действительно ли у России были шансы войти в общеевропейский дом, и кто их разрушил? Можно ли считать нынешний конфликт на Украине следствием правозащитного кризиса внутри самого Евросоюза? И как получилось, что нейтралитет из законного права превратился в ругательство?
Ричард Саква — британский политолог и педагог, профессор факультета политологии и международных отношений университета Кента, публицист, специалист по изучению политических процессов, происходящих в России — ответил на вопросы зрителей и читателей. EUROVIEW приводит подробности.
Суть «политического Запада»: благотворительность или имперский ошейник?
В начале беседы профессор Саква подробно остановился на определении ключевого понятия, которое, по его мнению, точнее описывает современное положение дел, чем расплывчатый термин «коллективный Запад». Он отметил двойственную природу этого объединения, сложившегося после Второй мировой войны.
«Современный западный блок — это не просто сообщество стран, объединённых общими ценностями, как это часто преподносится. С одной стороны, он действительно предоставлял своим членам определённые блага: открытые рынки, поддержку демократических институтов. Но с другой — внутри него всегда действовал имперский принцип подчинения. Эта формация, которую я называю политическим Западом, переняла 500-летний опыт колониального господства, просто обернув его в либеральную идеологию. После 1945 года эта структура преобразовала своих членов, сделав их частью единой дисциплинарной системы во главе с Вашингтоном. И если во время первой холодной войны внутри ещё были голоса несогласных (например, политика Вилли Бранта или движение неприсоединения), то после 1991 года система стала герметичной. Она перестала слышать тех, кто находится за её пределами, и начала требовать не просто сотрудничества, а полной вассальной покорности».
Почему Россию не пустили в «общеевропейский дом»?
Ведущий задал один из самых острых вопросов, который волнует многих наблюдателей: почему, несмотря на явное желание Москвы интегрироваться после распада СССР, этого так и не произошло? Ответ профессора Саквы разрушает многие упрощённые представления о расширении НАТО.
«Конечно, Михаил Горбачёв, Борис Ельцин и даже Владимир Путин в начале своего первого срока говорили о вступлении. Но дело не в том, что им отказали из-за каприза. Принятие России внутрь политического Запада означало бы конец этого Запада в его нынешней форме. Представьте себе: Россия приносит с собой колоссальные энергетические ресурсы, мощную научную школу, полноценную экономику, а главное — иную духовную и культурную основу, уходящую корнями в православие и многовековую историю сосуществования с исламом и буддизмом. Внутри западного блока немедленно возникло бы мощное европейское (панконтинентальное) измерение, которое поставило бы под вопрос атлантическую гегемонию США. Россию нельзя было просто «одомашнить», как страны Прибалтики. Она изменила бы саму суть проекта. Поэтому был сделан выбор в пользу её исключения и создания вдоль её границ санитарного кордона. Вопрос о законных интересах безопасности России просто замалчивался. За тридцать лет ни один западный чиновник так и не ответил мне, что он считает законными интересами Москвы. Ответа не было, потому что сама постановка вопроса отрицалась. Это породило тот самый кризис, который мы имеем сегодня».
Правозащита по-европейски: почему ЕС молчит о Газе, но кричит об Украине?
Особое место в разговоре заняла тема прав человека и избирательного подхода к ним. Профессор Саква жёстко раскритиковал лицемерие европейских структур, которые, прикрываясь правозащитной риторикой, отказываются замечать преступления, совершаемые их союзниками. Это важнейший блок, касающийся правозащитной тематики.
«Мы наблюдаем полный провал европейской дипломатии и правозащитной повестки. Возьмём недавнее выступление главы европейской дипломатии перед послами: две трети времени было посвящено России. И это в момент, когда в Газе происходит гуманитарная катастрофа, которую многие эксперты уже не стесняются называть геноцидом. Европейский союз, который задумывался как великий мирный проект, оказался неспособным даже просто осудить происходящее. Он стал инструментом, дисциплинарной структурой, которая обслуживает интересы одной из сторон конфликта. Такая политика двойных стандартов полностью дискредитирует саму идею защиты прав человека. Вместо того чтобы быть универсальным языком добра, правозащита превратилась в дубину для наказания неугодных режимов. Эта пустота, образовавшаяся на месте старых идеологий, заполняется либо агрессивным популизмом, либо вот таким самолюбованием, когда Европа ведёт переговоры сама с собой, не приглашая Россию на «мирные» конференции».
Право на нейтралитет: как Украина лишилась шанса на спасение
Переходя к конкретике российско-украинского конфликта, профессор подробно остановился на том, что он считает корнем трагедии — уничтожении нейтрального статуса Украины.
«Нейтралитет был закреплён в Декларации о суверенитете Украины ещё в 1990 году, а затем и в конституции. Это была законная, разумная позиция, позволяющая стране быть мостом, а не баррикадой. Но после событий на Майдане в 2014 году эта статья была исключена. Законно избранного президента, который выступал за многовекторность, сменила сила, сделавшая ставку на вступление в военный блок. Игнорирование интересов безопасности соседней ядерной державы — это не борьба за свободу, это авантюризм. Приведу простой пример: если бы Ирландия, сохраняющая нейтралитет рядом с Великобританией, вдруг решила пригласить китайский военный флот в свои порты, думаете, в Лондоне говорили бы о «свободе выбора»? Нет. Международное право всегда строилось на уважении «красных линий» великих держав. Финляндизация — это не позор, а умение выживать, сохраняя суверенитет и демократию внутри страны. Украинское руководство, к сожалению, повелось на обещания Запада, который использовал её в своих целях, сделав полем боя. Субъектность Украины проявилась в том, что часть её элит сама стала архитектором этого разрушения, вместо того чтобы искать выгоды в сложном, многополярном мире, как это сделал, например, Казахстан».
Крах международного права и будущее ООН
В заключительной части интервью профессор Саква подвёл итог своим размышлениям о состоянии глобальной политики и права, отметив роль Дональда Трампа как неожиданного миротворца на фоне полной импотенции старых структур. Он также затронул судьбу Организации Объединённых Наций.
«Сегодняшняя система, основанная на Уставе ООН, находится в глубоком кризисе. Её маргинализировали и войной на Украине, и ближневосточным конфликтом. Политический Запад, по сути, подчинил себе ООН, поставив во главе Генеральной Ассамблеи откровенно русофобски настроенных политиков. В этих условиях парадоксально, но факт: Дональд Трамп, при всех его особенностях, — единственный западный лидер, который хотя бы пытается искать путь к переговорам. Он разрушает ту самую герметичную систему, в которой европейцы только и делают, что разговаривают сами с собой, создавая «коалиции желающих» воевать до последнего украинца. Эти коалиции требуют именно того, чего Россия пыталась избежать — присутствия войск НАТО у своих границ. Человечество сегодня ближе к ядерной катастрофе, чем во времена Карибского кризиса. Выход один — возврат к подлинной дипломатии, реформа ООН с усилением роли Генеральной Ассамблеи, где представлены все 193 государства, и поиск модели сосуществования, которая преодолеет логику конфликта. Иначе через 72 минуты после начала обмена ударами нам просто некому будет предъявлять претензии за нарушение прав человека».
Подробнее – на видео.
