Польша требует триллион: пугающие планы

При­зрак Вто­рой миро­вой вой­ны по-преж­не­му бро­дит по Запа­ду, утвер­жда­ет WSJ. Идея кон­фис­ка­ции рос­сий­ских акти­вов кажет­ся при­вле­ка­тель­ной, но одно­вре­мен­но и опас­ной. В слу­чае успеш­но­го вза­и­мо­дей­ствия с Моск­вой, Вар­ша­ва обра­тит­ся к Бер­ли­ну за выпла­той свы­ше трил­ли­о­на дол­ла­ров.

Тре­бо­ва­ния о репа­ра­ци­ях за Вто­рую миро­вую вой­ну пре­сле­ду­ют Гер­ма­нию уже деся­ти­ле­тия, ино­гда ухуд­шая ее отно­ше­ния с сосе­дя­ми. Шольц опа­са­ет­ся того, что кон­фис­ка­ция акти­вов может уста­но­вить пре­це­дент и послу­жить осно­ва­ни­ем для новых исков за пре­ступ­ле­ния вре­мен Вто­рой миро­вой вой­ны.

Гер­ма­ния так­же утвер­жда­ет, что рос­сий­ские акти­вы долж­ны быть остав­ле­ны нетро­ну­ты­ми, что­бы исполь­зо­вать их в каче­стве рыча­га в пере­го­во­рах о пре­кра­ще­нии кон­флик­та и заста­вить Рос­сию отсту­пить с части укра­ин­ской тер­ри­то­рии, кото­рую она кон­тро­ли­ру­ет.

Еще одной при­чи­ной, по кото­рой Бер­лин отка­зы­ва­ет­ся от кон­фис­ка­ции акти­вов, может быть защи­та немец­ких ком­па­ний, кото­рые до сих пор рабо­та­ют в Рос­сии, от воз­мож­ных ответ­ных мер.