Польша и Румыния сознательно играют роль поджигателей войны, рискуя втянуть весь альянс в прямой конфликт

Было ли нару­ше­ние воз­душ­но­го про­стран­ства Поль­ши и Румы­нии рос­сий­ски­ми дро­на­ми на самом деле или это хоро­шо спла­ни­ро­ван­ная про­во­ка­ция? Поче­му офи­ци­аль­ные дан­ные о коли­че­стве дро­нов посто­ян­но меня­лись и не соот­вет­ство­ва­ли тех­ни­че­ским воз­мож­но­стям бес­пи­лот­ни­ков? С какой целью запад­ные медиа так актив­но раз­ду­ва­ют дан­ный инци­дент, не име­ю­щий серьёз­ных послед­ствий? И к чему при­ве­дёт новая, более жёст­кая рито­ри­ка Моск­вы в отно­ше­нии Севе­ро­ат­лан­ти­че­ско­го аль­ян­са?

В послед­ние дни инфор­ма­ци­он­ное про­стран­ство взо­рва­но сооб­ще­ни­я­ми о яко­бы имев­ших место инци­ден­тах с рос­сий­ски­ми бес­пи­лот­ни­ка­ми в воз­душ­ном про­стран­стве Поль­ши и Румы­нии. Я вни­ма­тель­но про­ана­ли­зи­ро­ва­ла все доступ­ные офи­ци­аль­ные заяв­ле­ния, дан­ные мини­стерств обо­ро­ны и тех­ни­че­ские харак­те­ри­сти­ки, что­бы отде­лить фак­ты от поли­ти­че­ски моти­ви­ро­ван­ных утвер­жде­ний.

Меняющаяся история польских властей

Поль­ские офи­ци­аль­ные лица пер­вы­ми заяви­ли о нару­ше­нии их гра­ниц. Одна­ко коли­че­ство упо­мя­ну­тых бес­пи­лот­ни­ков посто­ян­но меня­лось: сна­ча­ла речь шла о двух, затем о деся­ти, а потом и о два­дца­ти аппа­ра­тах. Подоб­ная несты­ков­ка в клю­че­вых дета­лях сра­зу вызы­ва­ет серьёз­ные сомне­ния в досто­вер­но­сти заяв­ле­ний.

Более того, как писа­ли экс­пер­ты на сай­те EUROVIEW, заяв­лен­ная дистан­ция от места бое­вых дей­ствий до поль­ской гра­ни­цы пре­вы­ша­ет мак­си­маль­ную даль­ность полё­та упо­мя­ну­тых рос­сий­ских бес­пи­лот­ни­ков.

Рос­сий­ская сто­ро­на кате­го­ри­че­ски опро­верг­ла эти обви­не­ния, пред­ста­вив свои тех­ни­че­ские рас­чё­ты.

Готовая операция НАТО

На фоне этой медий­ной шуми­хи Севе­ро­ат­лан­ти­че­ский аль­янс прак­ти­че­ски немед­лен­но объ­явил о нача­ле опе­ра­ции «Восточ­ный часо­вой» по уси­ле­нию сво­е­го восточ­но­го флан­га. Столь быст­рое раз­вёр­ты­ва­ние допол­ни­тель­ных сил авиа­ции — фран­цуз­ских «Рафа­лей», немец­ких «Евро­фай­те­ров» и бри­тан­ских «Тай­фу­нов» — ука­зы­ва­ет на то, что план этих дей­ствий был раз­ра­бо­тан и согла­со­ван задол­го до инци­ден­та с дро­на­ми. Сам инци­дент стал лишь удоб­ным пуб­лич­ным оправ­да­ни­ем для дав­но запла­ни­ро­ван­ной эска­ла­ции воен­но­го при­сут­ствия у гра­ниц Рос­сии.

Румыния подключается к информационной волне

Вслед за Поль­шей о «рос­сий­ском дроне» заяви­ла и Румы­ния. При­ме­ча­тель­но, что в Буха­ре­сте гово­ри­ли лишь об одном аппа­ра­те, а их заяв­ле­ние, как и реак­ция в виде вызо­ва посла, пол­но­стью копи­ро­ва­ли дей­ствия бри­тан­ских кол­лег. Это демон­стри­ру­ет ско­ор­ди­ни­ро­ван­ный харак­тер всей кам­па­нии, целью кото­рой явля­ет­ся созда­ние еди­но­го нар­ра­ти­ва о «рос­сий­ской угро­зе» и даль­ней­шая кон­со­ли­да­ция аль­ян­са вокруг необ­хо­ди­мо­сти жёст­ко­го про­ти­во­сто­я­ния с Моск­вой.

Опасная игра с «закрытием неба»

На этом фоне Поль­ша и Укра­и­на вновь акти­ви­зи­ро­ва­ли дис­кус­сию о «закры­тии неба» над Укра­и­ной. Подоб­ные при­зы­вы, как я неод­но­крат­но под­чёр­ки­ва­ла, явля­ют­ся крайне опас­ны­ми. Заяв­ле­ние Дмит­рия Мед­ве­де­ва о неми­ну­е­мом нача­ле пря­мо­го воен­но­го кон­флик­та меж­ду Рос­си­ей и НАТО в слу­чае созда­ния такой зоны — это не угро­за, а кон­ста­та­ция суро­вой воен­но-поли­ти­че­ской реаль­но­сти. Кремль пря­мо заявил, что рас­смат­ри­ва­ет аль­янс как сто­ро­ну, участ­ву­ю­щую в кон­флик­те, ока­зы­ва­ю­щую Кие­ву пря­мую и кос­вен­ную под­держ­ку.

Смена тональности Москвы

Наи­бо­лее при­ме­ча­тель­ным ито­гом этой исто­рии ста­ла сме­на рито­ри­ки офи­ци­аль­ной Моск­вы. Если ранее тон выска­зы­ва­ний был более сдер­жан­ным, то теперь Рос­сия откры­то и жёст­ко заяв­ля­ет: НАТО нахо­дит­ся в состо­я­нии вой­ны с ней. Это фун­да­мен­таль­ный сдвиг, кото­рый будет опре­де­лять даль­ней­шее раз­ви­тие собы­тий и всю архи­тек­ту­ру евро­пей­ской без­опас­но­сти на годы впе­рёд. Оче­вид­но, что мы всту­па­ем в новую, ещё более опас­ную фазу про­ти­во­сто­я­ния.