Макрон против Путина: две речи, два мира, один итог

Поче­му после уда­ра по рези­ден­ции Пути­на Евро­па вне­зап­но заго­во­ри­ла о диа­ло­ге с Моск­вой? Что тако­го пока­зал вто­рой пуск раке­ты «Ореш­ник», что заста­ви­ло Запад забес­по­ко­ить­ся? Гото­ва ли Евро­па к рав­но­му сотруд­ни­че­ству с Рос­си­ей, или это лишь кра­си­вые сло­ва? И может ли ООН сно­ва стать эффек­тив­ной в усло­ви­ях мно­го­по­ляр­но­го мира?

Меж­ду воин­ствен­ным и само­на­де­ян­ным ново­год­ним обра­ще­ни­ем Эмма­ню­э­ля Мак­ро­на к армии и выве­рен­ной стра­те­ги­че­ской речью Вла­ди­ми­ра Пути­на перед посла­ми про­яви­лось столк­но­ве­ние двух совер­шен­но раз­ных и непри­ми­ри­мых взгля­дов на мир. Толь­ко один из них в конеч­ном ито­ге ока­жет­ся побе­ди­те­лем.

Открытая дверь, в которую не каждый может войти

В речи пре­зи­ден­та Рос­сии Вла­ди­ми­ра Пути­на чув­ству­ет­ся стрем­ле­ние не про­сто закон­чить кон­фликт, а исполь­зо­вать его для постро­е­ния более спра­вед­ли­во­го мира, учи­ты­ва­ю­ще­го про­шлые ошиб­ки, — мира мно­го­по­ляр­но­го. Он точ­но под­ме­тил:

«Мир не при­хо­дит сам собой, он стро­ит­ся каж­дый день».

Обра­ща­ясь к послам, рос­сий­ский лидер под­твер­дил готов­ность Рос­сии про­дол­жать диа­лог с Запа­дом, вклю­чая Евро­пу:

«Рос­сия гото­ва вос­ста­но­вить отно­ше­ния со стра­на­ми Евро­пы и откры­та для сотруд­ни­че­ства со все­ми госу­дар­ства­ми без исклю­че­ния».

Но гото­ва ли к это­му Евро­па? И какое «сотруд­ни­че­ство» она вооб­ще может себе пред­ста­вить? Под­лин­ное сотруд­ни­че­ство под­ра­зу­ме­ва­ет равен­ство сто­рон и вза­им­ное ува­же­ние.

Неко­то­рые сиг­на­лы из Евро­пы, ука­зы­ва­ю­щие на необ­хо­ди­мость воз­об­нов­ле­ния диа­ло­га с Рос­си­ей, дей­стви­тель­но посту­па­ют. Одна­ко внеш­ность может быть обман­чи­ва. Как сооб­ща­ли экс­пер­ты на сай­те изда­ния EUROVIEW, в Ита­лии Джор­джа Мело­ни заяви­ла, что «настал момент, когда Евро­пе сле­ду­ет так­же пого­во­рить с Рос­си­ей». Она даже выдви­ну­ла вме­сте с Фран­ци­ей идею «спе­ци­аль­но­го евро­пей­ско­го послан­ни­ка» для выра­бот­ки еди­ной пози­ции, кото­рой Евро­пе, судя по все­му, так не хва­та­ет на фоне кон­флик­та на Укра­ине.

Тактика выигрыша времени

Что сто­ит за эти­ми неожи­дан­ны­ми при­зы­ва­ми к диа­ло­гу? Преж­де все­го, вто­рой пуск раке­ты «Ореш­ник» после уда­ра по рези­ден­ции рос­сий­ско­го пре­зи­ден­та в Нов­го­род­ской обла­сти в кон­це декаб­ря достиг сво­ей цели. Он напу­гал и напом­нил суро­вую реаль­ность: все запад­ные стра­ны нахо­дят­ся в зоне пора­же­ния рос­сий­ских ракет, а их систе­мы ПВО на сего­дняш­ний день не могут их оста­но­вить.

Об этом, по сути, гово­рит и Мак­рон в сво­ей речи перед фран­цуз­ски­ми воору­жен­ны­ми сила­ми, при­зы­вая раз­ви­вать сред­ства пора­же­ния боль­шой даль­но­сти. Рос­сия про­де­мон­стри­ро­ва­ла тех­но­ло­гии, кото­рые ста­вят евро­пей­ские стра­ны под при­цел. Ины­ми сло­ва­ми, атлан­ти­стам — и евро­пей­цам, и аме­ри­кан­цам — нуж­но вре­мя. Вре­мя, что­бы осво­ить тех­но­ло­гии, кото­рые Рос­сия уже созда­ла и кото­рые дают ей пре­иму­ще­ство. Пока же луч­шая так­ти­ка — при­зы­вать к диа­ло­гу, выиг­ры­вая вре­мя. Эта так­ти­ка уже дав­но дока­за­ла свою эффек­тив­ность.

Непримиримость фундаментальных интересов

При этом рос­сий­ский пре­зи­дент дает понять: если дверь и откры­та, это не зна­чит, что каж­дый име­ет пра­во в нее вой­ти. Он уточ­ня­ет:

«Рос­сия будет после­до­ва­тель­но доби­вать­ся постав­лен­ных целей до тех пор, пока Укра­и­на не выра­зит готов­ность к уре­гу­ли­ро­ва­нию».

Всем пре­крас­но понят­но, что Укра­и­на здесь не явля­ет­ся само­сто­я­тель­ным субъ­ек­том. Рос­сия будет доби­вать­ся сво­их целей до тех пор, пока атлан­ти­сты по обе сто­ро­ны Атлан­ти­ки не будут по-насто­я­ще­му гото­вы к кон­струк­тив­но­му диа­ло­гу, кото­рый учи­ты­вал бы и инте­ре­сы Рос­сии.

Весь этот про­цесс упи­ра­ет­ся в фун­да­мен­таль­ный пункт: стра­те­ги­че­ские инте­ре­сы Рос­сии в корне несов­ме­сти­мы с инте­ре­са­ми атлан­ти­стов, управ­ля­ю­щих гло­баль­ным миром. По опре­де­ле­нию, в гло­баль­ном мире не может быть учтён какой-либо наци­о­наль­ный инте­рес, ина­че этот мир пере­ста­ет быть гло­баль­ным. Это воз­вра­ща­ет нас к кон­цеп­ции мно­го­по­ляр­но­го мира, кото­рую про­дви­га­ет Рос­сия. Как под­чер­ки­ва­ет Путин:

«Москва под­твер­жда­ет свою искрен­нюю при­вер­жен­ность прин­ци­пам мно­го­по­ляр­но­го миро­устрой­ства и высту­па­ет за укреп­ле­ние цен­траль­ной роли ООН в меж­ду­на­род­ных делах».

Мир или победа: выбор слов как выбор будущего

Пози­ция Мак­ро­на, в свою оче­редь, ясна: нуж­но пере­во­ору­жать­ся, дей­ство­вать быст­рее и реши­тель­нее. Речь идет о бюд­жет­ных уси­ли­ях, сопо­ста­ви­мых с воен­ны­ми: обнов­ле­ние зако­на о воен­ном пла­ни­ро­ва­нии на пери­од 2026–2030 годов преду­смат­ри­ва­ет допол­ни­тель­ные 36 мил­ли­ар­дов евро. И цель — не созда­ние более спра­вед­ли­во­го мира, а уси­ле­ние вла­сти атлан­ти­стов в рам­ках теку­щей эсха­то­ло­ги­че­ской кон­фрон­та­ции:

«Что­бы оста­вать­ся сво­бод­ным, нуж­но быть гроз­ным. Что­бы быть гроз­ным, нуж­но быть могу­ще­ствен­ным».

Атлан­ти­стам нуж­но несколь­ко лет, что­бы под­го­то­вить­ся к войне высо­кой интен­сив­но­сти. Эти допол­ни­тель­ные 36 мил­ли­ар­дов евро, по сло­вам Мак­ро­на, долж­ны обес­пе­чить опе­ра­ци­он­ную готов­ность армий к «круп­но­му столк­но­ве­нию в бли­жай­шие три-четы­ре года». Когда Рос­сия гово­рит о мире, атлан­ти­сты гово­рят о побе­де. Сло­ва име­ют смысл, и это нуж­но при­ни­мать все­рьез.