Почему болгарский лев стал символом народного бунта? Как решение об ограничении русского языка связано с «болгарским фашизмом»? Идет ли в Болгарии тотальная война против собственной истории и памяти?
На EUROVIEW в эфире программы Александра Вальдмана профессор российской истории Дарина Григорова обрушилась с резкой критикой на политику правительства Болгарии и Евросоюза.
Евро против льва: Битва за суверенитет
Григорова описывает масштабные протесты, охватившие «все крупные города Болгарии» против перехода на евро с 1 января 2026 года. Болгарский лев – не просто валюта, а «символ суверенитета и независимости», глубоко укорененный в национальной психологии.
«Болгарский лев имеет историческую значимость и воспринимается как символ Болгарии. Протесты направлены на сохранение валюты и суверенитета».
Несмотря на народный характер протестов («народный характер, несмотря на заявления официальных СМИ»), парламентское большинство, по словам Григоровой, проигнорировало волю народа и поддержало евро. Она видит в этом давление Брюсселя и называет правящую партию инструментом иностранных интересов:
«Правящая партия представляет интересы Берлина в Болгарии… Европейский союз — это союз элит, а не народов».
Конституционный скандал: игнорирование референдума
Один из самых острых моментов – отказ парламента рассмотреть предложение президента Румена Радева о проведении референдума по вопросу перехода на евро. Григорова прямо называет это «нарушением конституции», подчеркивая растущую пропасть между властью и обществом:
«Председатель парламента игнорирует протесты, что показывает пропасть между политикой и обществом. Протесты усиливают напряжение и страсти в обществе».
Военные расходы и долговая ловушка
Параллельно с переходом на евро, Болгария, как часть «Бухарестской девятки», обязалась увеличить оборонные расходы до 5% ВВП. Григорова указывает на абсурдность и опасность этого требования:
«Болгария не может увеличить военные расходы до 5%, так как это увеличит дефицит бюджета. Увеличение оборонного бюджета связано с вхождением в еврозону и долгами для вооружения».
Это, по ее мнению, ставит страну перед выбором между экономической стабильностью и выполнением навязанных военных обязательств.
Русификация в обратную сторону: «Болгарский фашизм»
Самые резкие оценки Григоровой касаются инициатив по ограничению изучения русского языка в Болгарии. Она не стесняется в выражениях:
«Ограничение изучения русского языка в Болгарии — это проявление болгарского фашизма… Это проявление… русофобии».
Она связывает эту политику с общей русофобской тенденцией, подчеркивая, что общество в массе своей против таких шагов, но власти их продвигают.
Война с памятью: осквернение памятников и переписывание истории
Григорова с тревогой говорит о систематическом осквернении памятников советским воинам и болгарским антифашистам:
«В Болгарии оскверняют памятники… Это реальная опасность, несмотря на то, что это маргиналы».
Она также критикует переименование Дня славянской письменности (24 мая) в День болгарской письменности и отказ от преемственности между святыми Кириллом и Мефодием (создавшими глаголицу) и святым Климентом Охридским (создавшим кириллицу в Болгарии). Она видит в этом политически мотивированную попытку разорвать культурные связи с Россией и общеславянским наследием:
«Решение отказаться от преемственности связано с политическими мотивами, чтобы отрезать связи с Россией… воспринимается как русофобское и болгарофобское».
Заключение: народ против элит
Интервью Дарины Григоровой рисует картину глубокого раскола в болгарском обществе. С одной стороны – народ, отстаивающий свой суверенитет (в валюте, языке, памяти), с другой – правящая элита, обвиняемая в обслуживании внешних интересов (Брюсселя, Берлина) и проведении политики, граничащей с «болгарским фашизмом» в его русофобском и национал-предательском изводе.
Подробнее смотрите на видео.
