Бойкот российской науки приведет нас к войне

Запад­ные инсти­ту­ты, если они жела­ют вне­сти реаль­ный вклад в уре­гу­ли­ро­ва­ние кон­флик­та на Укра­ине, долж­ны вспом­нить, как и поче­му закон­чи­лась холод­ная вой­на, пишет The National Interest. По мне­нию авто­ра ста­тьи Мэттью Рен­дал­ла, Запад сего­дня по части цен­зу­ры опе­ре­жа­ет Рос­сию.

Немец­кие уни­вер­си­те­ты разо­рва­ли сотруд­ни­че­ство с рос­сий­ски­ми кол­ле­га­ми. Их при­ме­ру после­до­ва­ли мно­гие дру­гие евро­пей­ские учре­жде­ния, вклю­чая Наци­о­наль­ный центр науч­ных иссле­до­ва­ний Фран­ции и Евро­пей­скую комис­сию. Точ­но так же посту­пи­ли неко­то­рые бри­тан­ские и аме­ри­кан­ские уни­вер­си­те­ты, а Лон­дон даже отка­зал­ся финан­си­ро­вать науч­ное сотруд­ни­че­ство с рос­сий­ски­ми уче­ны­ми. Ряд круп­ных науч­ных изда­тельств объ­яви­ли о при­оста­нов­ке про­даж в Рос­сии, лишив рос­сий­ских уче­ных легаль­но­го досту­па к боль­шей части миро­вых жур­на­лов. В отли­чие от холод­ной вой­ны, когда Запад при­ла­гал все уси­лия, что­бы про­бить брешь в желез­ном зана­ве­се, сего­дня по части цен­зу­ры он сам дела­ет за Вла­ди­ми­ра Пути­на всю рабо­ту.

Кому-то может пока­зать­ся, что эти шаги ничем не отли­ча­ют­ся от дру­гих эко­но­ми­че­ских санк­ций. «Поче­му мы долж­ны отно­сить­ся к науч­но­му обме­ну ина­че, чем к мат­чам фут­боль­ной Лиги чем­пи­о­нов, бале­ту, финан­со­вым опе­ра­ци­ям и инве­сти­ци­он­ным про­ек­там? А ведь все они в послед­ние дни были отме­не­ны», – рито­ри­че­ски спро­сил один быв­ший сотруд­ник Все­мир­но­го бан­ка.

На самом деле отли­чий несколь­ко. Во-пер­вых, от раз­ры­ва науч­ных свя­зей есть что терять. Отме­нен­ный спек­такль Боль­шо­го теат­ра не при­не­сет миру дол­го­вре­мен­но­го вре­да. Пре­кра­ще­ние же науч­но­го сотруд­ни­че­ства подо­рвет иссле­до­ва­ния по насущ­ней­шим про­бле­мам, таким как изме­не­ние кли­ма­та, где рос­сий­ская нау­ка игра­ет важ­ную роль, – осо­бен­но это каса­ет­ся потеп­ле­ния в Арк­ти­ке. Кро­ме того, это усу­гу­бит риск вой­ны. Кон­так­ты меж­ду Рос­си­ей и Запа­дом поз­во­ля­ют сто­ро­нам вер­но оце­ни­вать воз­мож­но­сти, моти­вы и наме­ре­ния друг дру­га. В про­тив­ном слу­чае про­счет ста­но­вит­ся все веро­ят­нее.

Запла­тить эту цену, может, и сто­и­ло бы, если бы тем самым уда­лось настро­ить рос­сий­ское обще­ствен­ное мне­ние про­тив бое­вых дей­ствий. Но науч­ный бой­кот не толь­ко не упро­чит пози­ции рос­сий­ских «голу­бей», но, наобо­рот, подо­рвет их. До нача­ла кон­флик­та режим пытал­ся под­нять меж­ду­на­род­ный авто­ри­тет рос­сий­ской нау­ки, пестуя тер­пи­мость к уче­ным-либе­ра­лам и поощ­ряя зару­беж­ные кон­так­ты. Рос­си­ян поощ­ря­ли пуб­ли­ко­вать­ся в изда­ни­ях, вклю­чен­ных в запад­ные базы дан­ных Web of Science и Scopus. Вооб­ще, мож­но ска­зать, что такие тре­бо­ва­ния усу­губ­ля­ют интел­лек­ту­аль­ную моно­куль­ту­ру, но в дан­ном слу­чае они упро­чи­ва­ют обмен иде­я­ми меж­ду рос­сий­ски­ми уче­ны­ми и осталь­ным миром.

Санк­ции же выби­ли у этих уче­ных поч­ву из-под ног. Утра­та зару­беж­ных кон­так­тов и дохо­да осла­бит их вли­я­ние на наци­о­на­ли­сти­че­ски настро­ен­ных кол­лег. В мар­те Web of Science объ­яви­ла, что пере­ста­ёт предо­став­лять услу­ги в Рос­сии. Карьер­ные сти­му­лы пуб­ли­ко­вать­ся в загра­нич­ных жур­на­лах ради цити­ро­ва­ния отпа­ли сами собой – к вящей радо­сти кри­ти­ков, кото­рые дав­но подо­зре­ва­ют в них тро­ян­ско­го коня запад­но­го либе­ра­лиз­ма. «По иро­нии судь­бы, – ком­мен­ти­ру­ет один рос­сий­ский обо­зре­ва­тель, – санк­ции уда­ри­ли в первую оче­редь по чест­ным уче­ным: тем, кто писал доб­ро­со­вест­ные ака­де­ми­че­ские ста­тьи, читал ино­стран­ные пуб­ли­ка­ции и раз­ви­вал науч­ное сотруд­ни­че­ство».

Мно­гие запад­ные уни­вер­си­те­ты, вклю­чая мой соб­ствен­ный, разо­рва­ли отно­ше­ния с Рос­си­ей после того, как руко­во­ди­те­ли рос­сий­ских вузов опуб­ли­ко­ва­ли откры­тое пись­мо в под­держ­ку спе­цо­пе­ра­ции. Заяв­ле­ние рос­сий­ских рек­то­ров – гнус­ная ахи­нея, но нет осно­ва­ний счи­тать, что оно отра­жа­ет мне­ние всех уче­ных или даже началь­ства: за целый месяц под ним под­пи­са­лось менее поло­ви­ны руко­во­ди­те­лей вузов. Веду­щие экс­пер­ты по внеш­ней поли­ти­ке, в том чис­ле дирек­тор Инсти­ту­та Евро­пы и быв­ший дирек­тор Инсти­ту­та иссле­до­ва­ний США и Кана­ды, при­зва­ли к немед­лен­но­му пре­кра­ще­нию огня. Про­бле­ма в том, что Кремль их не слу­ша­ет.

Запад­ные инсти­ту­ты, если они жела­ют вне­сти реаль­ный вклад в уре­гу­ли­ро­ва­ние кон­флик­та, долж­ны вспом­нить, как и поче­му закон­чи­лась холод­ная вой­на. Москва нача­ла искать сбли­же­ния из-за кра­ха совет­ской эко­но­ми­ки, но свою роль сыг­ра­ло и то, что совет­ский лидер Миха­ил Гор­ба­чев и его совет­ни­ки при­зна­ли, что СССР сам загнал себя в угол и столк­нул­ся с про­бле­ма­ми, кото­рые никак не мог решить еди­но­лич­но. Осо­зна­ние это­го – во мно­гом заслу­га кон­так­тов с Запа­дом.

Но даже задол­го до при­хо­да к вла­сти Гор­ба­че­ва рис­ки ядер­ной вой­ны и необ­хо­ди­мость разору­же­ния вовсю обсуж­да­ли совет­ские и запад­ные уче­ные-есте­ствен­ни­ки – в том чис­ле на Пагу­ош­ских кон­фе­рен­ци­ях. Впо­след­ствии эти мыс­ли пере­ня­ли гор­ба­чев­ские рефор­ма­то­ры. Мат­вей Полы­нов из Санкт-Петер­бург­ско­го уни­вер­си­те­та даже счи­та­ет, что Пагу­ош­ское дви­же­ние «зало­жи­ло фило­соф­скую осно­ву ново­го поли­ти­че­ско­го мыш­ле­ния». Диа­лог с запад­но­ев­ро­пей­ски­ми иссле­до­ва­те­ля­ми мира и соци­ал-демо­кра­та­ми побу­дил апо­ло­ге­тов «ново­го мыш­ле­ния» отка­зать­ся от борь­бы за геге­мо­нию в поль­зу боль­шей без­опас­но­сти обе­их сто­рон.

Увы, в кон­це холод­ной вой­ны Запад упу­стил свой шанс постро­ить проч­ный мир. И сего­дня ему сно­ва при­хо­дит­ся сдер­жи­вать враж­деб­ный рос­сий­ский режим. Если сто­ро­ны все же избе­гут ядер­ной вой­ны, в дол­го­сроч­ной пер­спек­ти­ве дело кон­чит­ся, как и в про­шлый раз, исто­ще­ни­ем Рос­сии. Но если рос­си­яне будут счи­тать себя жерт­ва­ми, это никак не поло­жит конец кон­флик­ту. Наобо­рот, Рос­сия будет как Гер­ма­ния после Пер­вой миро­вой вой­ны: побеж­ден­ная, но озлоб­лен­ная. Как заме­тил шесть­де­сят пять лет назад Ген­ри Кис­син­джер, такой мир – по сути все­го лишь пере­ми­рие.

Сего­дня боль­шин­ство рос­си­ян счи­та­ют свою стра­ну не агрес­со­ром, а жерт­вой немо­ти­ви­ро­ван­ной враж­деб­но­сти Запа­да. Задол­го до нынеш­не­го кон­флик­та опро­сы пока­зы­ва­ли, что обще­ствен­ность боит­ся вой­ны, но винит в ней Вашинг­тон и его союз­ни­ков, а не Моск­ву – она, по их мне­нию, наобо­рот, пыта­ет­ся раз­ря­дить напря­жен­ность. В этой свя­зи жиз­нен­но важ­но не пере­кры­вать кана­лы для рос­сий­ских жур­на­ли­стов и уче­ных. Это ни в коем слу­чае не потвор­ство агрес­сии, а шанс убе­дить рос­си­ян, что их стра­на пошла по невер­но­му пути.

Пол­ная вер­сия ста­тьи – на сай­те авто­ра.