А судьи где?

Век живи – век учись! Вче­ра я узна­ла, что в Бель­гии могут басто­вать не толь­ко фер­ме­ры и транс­порт­ни­ки, но и судьи. И что обще­из­вест­ный вопрос «а судьи кто?» ино­гда надо заме­нить на такой: «а судьи где?»

В моем слу­чае ответ был дан сле­ду­ю­щий: «Обе­щан­ное на 25 июня огла­ше­ние вер­дик­та по Вашей жало­бе пере­не­се­но на сен­тябрь по при­чине уча­стия судей в обще­бель­гий­ской заба­стов­ке».

Жало­ба состо­ит в том, что брюс­сель­ский судья ничто­же сум­ня­ше­ся удо­вле­тво­рил прось­бу лат­вий­ских кол­лег поучаст­во­вать в след­ствен­ных дей­стви­ях в рам­ках нача­то­го ими в отно­ше­нии меня уго­лов­но­го дела.

Судье из стра­ны-осно­ва­те­ля Евро­со­ю­за надо бы усо­мнить­ся в при­вер­жен­но­сти стра­ны-нович­ка ЕС прин­ци­пу вер­хо­вен­ства зако­на. Лат­вий­ская служ­ба гос­бе­зо­пас­но­сти обви­ня­ет меня в том, что я доб­ро­со­вест­но выпол­ня­ла свои депу­тат­ские обя­зан­но­сти в рам­ках заяв­лен­ной пред­вы­бор­ной про­грам­мы. А кон­крет­нее: спо­соб­ство­ва­ла кон­со­ли­да­ции и само­ор­га­ни­за­ции рус­ской общи­ны Лат­вии; инфор­ми­ро­ва­ла зару­беж­ную пуб­ли­ку о ситу­а­ции с рус­ско­языч­ны­ми в Лат­вии; созда­ва­ла осно­ва­ние для моби­ли­за­ции под­держ­ки лат­вий­ских рус­ских со сто­ро­ны рос­сий­ско­го обще­ства.
Ни один неза­ви­си­мый суд не мог бы при­знать такие дей­ствия про­ти­во­прав­ны­ми.

После того, как лат­вий­ские судьи взя­ли под козы­рек при­каз наше­го пре­зи­ден­та про­яв­лять осо­бую стро­гость к тем, кто обви­ня­ет­ся в пре­ступ­ле­ни­ях про­тив госу­дар­ства, об их неза­ви­си­мо­сти оста­ет­ся толь­ко меч­тать. Это ста­ло при­чи­ной того, что по окон­ча­нии выпол­не­ния обя­зан­но­стей евро­де­пу­та­та я оста­лась жить в Брюс­се­ле.

Явля­ет­ся ли брюс­сель­ский суд неза­ви­си­мым? Мой два­дца­ти­лет­ний опыт рабо­ты в этом горо­де поз­во­ля­ет наде­ять­ся, что это так. Эту надеж­ду под­кре­пи­ло изве­стие о реши­мо­сти миро­вых судей вый­ти на заба­стов­ку с целью про­ти­во­дей­ство­вать нача­той пра­ви­тель­ством Бель­гии рефор­ме, кото­рая рас­смат­ри­ва­ет­ся ими как пося­га­тель­ство на неза­ви­си­мость и каче­ство судеб­ной систе­мы.

Моя борь­ба про­дол­жа­ет­ся, хоть и пере­ме­ща­ет­ся с пар­ла­мент­ской сце­ны на судеб­ную. Сам факт обви­не­ний про­тив меня дает воз­мож­ность высве­тить име­ю­щи­е­ся в Лат­вии про­бле­мы в вопро­сах нару­ше­ния прав наших рус­ско­языч­ных жите­лей. Что я делаю сей­час и обе­щаю делать впредь.